Каталог книг

Бакли, Кристофер Тейлор, Тирни, Джон Господь – мой брокер. Семь с половиной законов духовного и финансового роста

Перейти в магазин

Сравнить цены

Описание

Главный герой книги — спивающийся трейдер с Уолл-стрит — уходит в монастырь. Монастырь живет очень бедно и в какой-то момент вовсе оказывается на грани разорения — герою даже приходится с горя обратиться к книгам известного гуру по личному развитию. К счастью, брат Тай, как его прозвали в монастыре, с помощью брокерских услуг самого Бога превращает монастырь в успешное предприятие, попутно открывая семь с половиной законов духовного и финансового роста.До выхода этой книги эти секреты были доступны лишь избранным (в основном миллиардерам и лауреатам Нобелевской премии мира), но теперь и вы сможете использовать мудрости, которые брат Зап нашел в древних текстах монахов. Откройте эту книгу и откройте свое сердце. Она изменит вашу жизнь.

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Кристофер Бакли Господь – мой брокер. Семь с половиной законов духовного и финансового роста Кристофер Бакли Господь – мой брокер. Семь с половиной законов духовного и финансового роста 349 р. litres.ru В магазин >>
Кристофер Бакли Господь – мой брокер. Семь с половиной законов духовного и финансового роста Кристофер Бакли Господь – мой брокер. Семь с половиной законов духовного и финансового роста 399 р. litres.ru В магазин >>
Бакли Кристофер Суматоха в Белом доме Бакли Кристофер Суматоха в Белом доме 55 р. book24.ru В магазин >>
Кристофер Бакли Суматоха в Белом доме Кристофер Бакли Суматоха в Белом доме 55 р. ozon.ru В магазин >>
Сергей Трощенко, Джон Ф. Демартини, Карен Кейси Иероглифы. Прописные истины духовного роста. Ты счастливчик. Вдохновляющий план личностного роста. Освободи свой разум от стереотипов за 12 недель (комплект из 3 книг) Сергей Трощенко, Джон Ф. Демартини, Карен Кейси Иероглифы. Прописные истины духовного роста. Ты счастливчик. Вдохновляющий план личностного роста. Освободи свой разум от стереотипов за 12 недель (комплект из 3 книг) 464 р. ozon.ru В магазин >>
Кристофер Бакли Они ведь едят щенков, правда? Кристофер Бакли Они ведь едят щенков, правда? 199 р. litres.ru В магазин >>
Враджев В. Семь правил духовного роста. Как ускорить свой духовный рост и правильно воспринимать кризисы духовной жизни. Для начинающих духовную жизнь Враджев В. Семь правил духовного роста. Как ускорить свой духовный рост и правильно воспринимать кризисы духовной жизни. Для начинающих духовную жизнь 305 р. chitai-gorod.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

Читать Господь – мой брокер - Бакли Кристофер Тэйлор, Терни Джон - Страница 1

Бакли, Кристофер Тейлор, Тирни, Джон Господь – мой брокер. Семь с половиной законов духовного и финансового роста
  • ЖАНРЫ
  • АВТОРЫ
  • КНИГИ 529 279
  • СЕРИИ
  • ПОЛЬЗОВАТЕЛИ 457 883

Кристофер Бакли, Джон Тирни

Господь – мой брокер. Семь с половиной законов духовного и финансового роста

GOD IS MY BROKER

A Monk-Tycoon Reveals the 7? Laws of Spiritual and Financial Growth

Brother Ty with Christopher Buckley and John Tierney

Издано с разрешения Christopher Buckley and John Tierney c/o ICM Partners и литературного агентства Andrew Nurnberg

Правовую поддержку издательства обеспечивает юридическая фирма «Вегас-Лекс»

© Christopher Buckley and John Tierney, 1998

© Перевод на русский язык, издание на русском языке, оформление. ООО «Манн, Иванов и Фербер», 2015

В конце каждой главы этой книги вы найдете один из Семи с половиной законов духовного и финансового роста. За каждым законом следует Рыночная медитация, способствующая его глубинному пониманию. Все медитации – плоды творчества Кристофера Бакли и Джона Тирни: рабочий процесс находился в самом разгаре, когда издатель ввел в него этих достойных господ – попытаться «оживить материал», выражаясь их же словами.

Наше сотрудничество было делом нелегким. Нисколько не сомневаюсь в профессионализме и компетентности господ Бакли и Тирни, но изложение духовных принципов в виде уроков, доступных всеобщему пониманию, – задача, требующая немалой деликатности. Мы не всегда достигали согласия в формулировках, и издателю неоднократно приходилось втолковывать нам, что эти сентенции – «насущная потребность на современном рынке книг по тематике личностного роста». Я понял так, что без медитаций книга в печать не пойдет, поэтому сдался – в надежде, что читатель поймет: техники и примеры (не говоря уже о чувствах), представленные в Рыночных медитациях, отнюдь не мое детище.

По причинам, которые станут ясны позднее, я взял на себя смелость достаточно свободного обращения с фактами. Историки расходятся во мнениях по поводу некоторых подробностей из жизни и писаний святого Фаддея Фессалийского. Смею, однако, заверить вас, что каждое слово из трудов Дипака Чопры и прочих авторов современности процитировано с абсолютной точностью, сколь бы ни трудно было в это поверить.

Господину аббату с убеждением, что милость Господня, равно как и прощение, бесконечна

Кризис в монастыре. Аббат находит себе гуру. Инсайдерская информация от Господа

Тот день, как и все дни в монастыре Каны, начался с перезвона колоколов и шарканья обутых в сандалии ног по растрескавшемуся линолеуму. Когда-то полы отделали отполированным мрамором, но мраморные плиты давно были проданы, чтобы оплачивать наши нужды в трудные времена. Мы уже привыкли к бедности, но в то холодное сентябрьское утро никто и представить не мог всю тяжесть нашего положения.

Начинался второй год моего монашества, и я был счастлив получить позволение говорить после традиционного года молчания.

Весь прошедший год я задавался вопросом, что думают собратья обо мне, сменившем треволнения брокера с Уолл-стрит на жизнь, исполненную созерцания; набитый бумагами портфель – на четки; гомон торговой площадки на бирже – на григорианские песнопения. Однажды, на коленях отскребая растрескавшийся линолеум и стараясь при этом тереть не слишком сильно, чтобы не добавить трещин, я услышал, как брат Фабиан говорит брату Бобу: «Наверное, наш брат Финансовый Воротила (англ. Tycoon – Тайкун. – Прим. ред.) купил дорого, а продал за копейки!» Колкое прозвище прижилось, и с тех пор монахи стали называть меня «брат Тай». Никогда еще обет молчания не давил на меня так тяжко – однако я напомнил себе, что именно по этой причине я и стал искать спасения от мира, цепко ухватившего меня.

Да и что греха таить – тот монах был совсем недалек от истины.

Увольняя меня из компании, генеральный директор сказал:

– И как же ты умудрился потерять столько денег наших клиентов на одном из ярчайших за всю историю бычьих торгов?

Ответить было нечего. Выйдя из здания, я направился вверх по улице в бар Слэттери.

– Доброе утро! – поздоровался хозяин. – Как обычно?

Как обычно? Сколько же утренних часов я потратил здесь, перелистывая «Уолл-стрит джорнэл» и накачиваясь «Кровавой Мэри»?

– Слэттери, – ответил я, – позволь спросить тебя как друга: как думаешь, у меня проблемы с выпивкой?

Тот задумчиво взглянул на меня.

– А это как-то мешает твоей работе?

– Больше нет, – ответил я честно.

Все прочее, случившееся в тот день, полностью выпало из моей памяти; а придя в себя, я обнаружил, что лежу ничком в кладовке, рядом – стойка бутылок с этикетками «Кана 20–20». Приложив некоторые усилия и испытывая боль во всех конечностях, я встал на колени и изучил бутылку, в которой, похоже, было красное вино с легким оранжевым оттенком. Я открутил крышку и сделал глоток. Раньше мне не доводилось пробовать смесь порошкового напитка «Кул-Эйд» с аккумуляторной кислотой, но, думаю, жидкость, полившаяся мне в рот, имеет именно такой вкус. Выплюнув вино, я бросился в туалет, чтобы скорее прополоскать рот от отвратительных песчанистых остатков. Я пялился в зеркало, вычищая из зубов нечто похожее на кусочки ржавчины, когда меня обнаружил Слэттери. Он уже собрался закрывать заведение на ночь, но я выпросил чашечку кофе, чтобы окончательно перебить кислый привкус.

Слэттери привел меня обратно в бар и налил горячий напиток.

– Знаешь, – произнес он, видя, как я, обжигаясь, глотаю кофе, – может, ты просто не создан для Уолл-стрит. Я видел, как ты сидишь тут по утрам, и знаешь, что мне казалось? Будто ты страстно мечтаешь об одном: как бы поскорее убраться подальше от Большого табло! Но для этого вовсе не нужна бутылка.

Его слова обожгли меня посильнее кофе – хотя и не так сильно, как вино. Возможно, я действительно не годился для Улицы Финансистов.

– Уезжай отсюда, – посоветовал Слэттери. – Езжай в провинцию. Помнишь, как выглядит зеленая травка?

Он показал на настенный календарь; с этого расстояния было похоже, что на нем изображено деревенское поле с пасущимися коровами. Впрочем, возможно, это были овцы. Состояние, в котором я пребывал, не позволяло отличать то, что ярко, от того, что прекрасно.

– Это овцы или коровы? – промямлил я.

– Это монахи – разуй глаза, пьяная ты башка.

Я рассмотрел сельскую идиллию: монахи предавались пасторальным занятиям. Может, там изображены и овцы. Судить о том было явно не мне.

– А почему монахи? – задал я вопрос.

Хозяин пожал плечами.

– Именно они делают вино «Кана 20–20».

Я содрогнулся и поспешно глотнул еще кофе.

– Кажется, оно не пошло мне впрок. Извини, я пролил немного в кладовке, сейчас приберусь.

– Пустяки, – махнул рукой Слэттери. – Я не подаю это вино посетителям, предлагаю только забулдыгам. Но местечко славное, сами они – добрые души, и, черт возьми, разве это не причина, а?

– О ком ты говоришь? – не понял я. – Об овцах или о монахах?

К тому моменту мутные оконца моей несчастной души расчистились настолько, что я смог разглядеть изображенную на календаре сцену. На заднем фоне, возвышаясь над работающими в винограднике монахами, на зеленом холме стояло кирпичное здание, а рядом – церковь.

– Похоже, славное местечко.

– Я был там, когда умерла моя жена, – сказал Слэттери. – У них есть комнаты для гостей – так, ничего особенного, просто койки, где можно отдохнуть. Таких мирных каникул за всю жизнь не припомню. Тебе должно понравиться. Хотя знаешь, возможно, винодельня сейчас не самое лучшее для тебя место.

– Слэттери, – заявил я, – даже в центре Бетти Форд[1] никто бы не прикоснулся к этому пойлу.

Организация по борьбе с алкоголизмом и наркотической зависимостью, основанная Бетти Форд, супругой американского президента Джеральда Форда. Сама Бетти Форд в течение 20 лет страдала алкоголизмом и наркозависимостью. Прим. пер.

Источник:

www.litmir.me

Читать Господь – мой брокер - Бакли Кристофер Тэйлор - Страница 1 - читать онлайн

Господь – мой брокер, стр. 1

а также Кристофер Бакли и Джон Тирни

Господь – мой брокер

В конце каждой главы данной книги вы найдете один из Семи с половиной законов духовно-финансового роста. После каждого закона приводится рыночная медитация, рассчитанная на то, чтобы вы лучше уяснили себе Закон. Эти «медитации» главным образом принадлежат перу Кристофера Бакли и Джона Тирни, которых издатель в самом конце привлек к работе над книгой в попытке, по их словам, «оживить материал». Сотрудничество было не из самых приятных. Я ничуть не сомневаюсь в компетентности и профессионализме господ Бакли и Тирни, однако для общедоступного истолкования божественных принципов требуется некоторая деликатность. Мы не всегда сходились во мнениях относительно формулировки «медитаций», но издатель не раз объяснял, что «на современном рынке литературы по самосовершенствованию» требуется именно такая редакция. Эти слова я расценил как намек на то, что в противном случае книга не будет издана. Я согласился, однако надеюсь, читатель поймет, что приведенные в этих «медитациях» термины и примеры – не говоря уже о мнениях – принадлежат не мне.

По причинам, которые станут ясны позднее, в данном повествовании я вольно обращаюсь кое с какими фактами. Историки расходятся во мнениях относительно мелких подробностей жизни и творчества святого Тадеуша Фессалийского. Можете не сомневаться, однако, что все цитаты из произведений Дипака Чопры и других современных авторов приведены слово в слово, хотя в это и трудно поверить.

Брат Зап, монастырь Каны

АББАТУ, с сознанием того, что доброта и милость Господни беспредельны

Кризис в монастыре…

Аббат обретает духовного наставника…

Информация с небес

День начался так же, как и все дни в монастыре Каны – с перезвона колоколов и шарканья обутых в сандалии ног по потрескавшемуся линолеуму. В свое время это был полированный мраморный пол, но мрамор уже давно продали, чтобы расплачиваться за предметы первой необходимости в период тяжких испытаний. С нищетой мы к тому времени уже свыклись, но мало кто из нас представлял себе в то прохладное сентябрьское утро, насколько угрожающим становится наше положение.

Начинался второй год моего послушания, и я был глубоко взволнован: после традиционного годового молчания мне было вновь разрешено говорить.

Весь этот год я – молча – задавался вопросом о том, что думают обо мне братья монахи. Жизнь биржевого маклера с Уолл-стрит я променял на жизнь, посвященную молитвам и покаянию, свой портфель – на четки, гул операционного зала фондовой биржи – на григорианские песнопения. Как-то раз, когда я, стоя на коленях, тщательно мыл линолеум (стараясь не слишком сильно нажимать на щетку, чтобы тот не потрескался еще больше), до меня донеслись слова брата Фабиана, сказанные брату Бобу: «Сдается мне, „брат Заправила“ покупал втридорога, а продавал по дешевке!» Эта обидная колкость упала на благодатную почву, и все монахи стали звать меня братом Запом. Никогда еще мне не было так мучительно тяжело не нарушить обет молчания, как в ту минуту, но потом я напомнил себе, по какой причине искал убежища, пытался скрыться от алчного мира. К тому же, надо признаться, эти двое были не так уж и далеки от истины. Как сказал мне мой директор-распорядитель в тот день, когда я был уволен из фирмы: «Сейчас наблюдается одна из самых благоприятных тенденций к повышению курсов за всю историю биржи. Как же вы ухитрились потерять так много денег наших клиентов?» Мне нечего было ответить. Я вышел и направился по Уолл-стрит в бар Слаттери.

– С добрым утречком, – сказал Слаттери. – Как обычно?

Как обычно? Сколько же времени я уже сижу здесь по утрам, читая «Джорнал» и накачиваясь «кровавой Мэри»?

– Слаттери, – ответил я, – позвольте задать вам один вопрос, по-дружески: как по-вашему, я уже превратился в пьяницу?

Он задумчиво посмотрел на меня и спросил:

– А что, это мешает вам на работе?

– Уже нет, – признал я.

Это почти все, что сохранилось у меня в памяти о том дне. Очнулся я в подсобке, лежа на животе рядом с ящиком, полным бутылок с надписью «Кана 20-20» на этикетках. С большим трудом, приложив немало усилий, я встал на колени и тщательно осмотрел одну из бутылок, в которой, судя по виду, было красное с оранжевым оттенком вино. Я отвинтил крышечку и выпил глоток. Внезапно я пришел к убеждению, что жидкость, находящаяся сейчас у меня во рту, сильно отдает смесью виноградного напитка «Кул-Эйд» с аккумуляторной кислотой, хотя сам этой смеси ни разу в жизни не пробовал. Я выплюнул жидкость на пол и, шатаясь, поплелся в туалет прополоскать рот от скрипевшего на зубах осадка. Когда меня нашел Слаттери, я, уставившись в зеркало, сковыривал с зубов пятнышки, подозрительно напоминавшие частицы ржавчины. Слаттери уже закрывал заведение на ночь, но я, чувствуя неприятный вкус во рту, принялся молить о чашечке кофе. Он налил мне чашку за стойкой бара.

– Знаете что, – оказал он, когда я, обжигаясь, пытался отхлебнуть кофе, – наверно, вы не созданы для Уолл-стрит. Гляжу я на вас тут по утрам и думаю, что хотите вы только одного: удрать с биржи. А ведь это можно и без выпивки сделать.

Его слова обожгли меня сильнее, чем кофе, хотя и не так сильно, как вино. Возможно, я и вправду не был создан для работы на бирже.

– Удирайте отсюда, – настаивал Слаттери. – Поезжайте за город. Помните, как выглядит трава?

Он показал на календарь, на котором было запечатлено нечто, похожее издалека на сельскую местность – какое-то поле с коровами. А может, и с овцами. Я был не в состоянии отличить одних от других на яркой, красивой фотографии.

– Это овцы или коровы? – пробормотал я.

– Это монахи, пьянь слепая.

Это была пасторальная сценка. Монахи, занимающиеся чем-то пасторальным. Возможно, с овцами. Я по-прежнему был не в состоянии разобрать.

– Почему монахи? – спросил я. Он пожал плечами:

– Это они делают «Кану 20-20».

Я вздрогнул и глотнул кофе.

– Я пролил немного в подсобке. Прошу прощения. Я вытру.

– Отвратное пойло, – сказал Слаттери. – Здесь им торговать нельзя. Я отдаю его пропойцам. Зато там чудесные места, добрейшей души создания, да и причина, черт возьми, уважительная, не правда ли?

– О чем это вы? – спросил я. – Об овцах или о монахах?

Туман в глазах, этом древнем зеркале души, рассеялся уже настолько, что я сумел наконец разглядеть изображение на календаре. На заднем плане, на покрытом зеленью холме над монахами в винограднике, возвышались кирпичное здание и церковь.

– А места там, похоже, и вправду чудесные.

– Я был там после смерти жены, – сказал Слаттери. – У них есть комната для гостей – без особых изысков, одна только койка. Отродясь так спокойно не отдыхал. Вам, наверно, там понравится. Правда, судя по всему, винодельня для вас сейчас – не самое подходящее место.

– Слаттери, – сказал я, – даже если это пойло будут подавать в Центре Бетти Форд, его и то никто пить не станет.

Слаттери улыбнулся, а я выпил еще один глоток кофе.

– Ну что ж, – сказал он, – возможно, вам и стоит поехать в Кану.

– А далеко это от Уолл-стрит?

– Миль двести, – сказал Слаттери. – Если попадете в Канаду, значит, проехали.

В Канаду я не попал. А неделька в Кане, в монастырском доме для гостей, растянулась на два года. Отдых от профессиональной деятельности превратился в профессию, в призвание свыше.

Когда я пел в то сентябрьское утро вместе с остальными монахами, приятно и покойно было чувствовать себя таким далеким от материального мира со всеми его приобретениями и утратами, со столь редким достижением согласия между людьми.

Когда я уже собрался было, как обычно, пойти проверить, не побило ли за ночь морозом виноградную лозу, Аббат сделал внеочередное объявление.

Источник:

online-knigi.com

Читать книгу Господь – мой брокер, автор Бакли Кристофер онлайн страница 1

Господь – мой брокер

СОДЕРЖАНИЕ. СОДЕРЖАНИЕ

а также Кристофер Бакли и Джон Тирни

Господь – мой брокер

В конце каждой главы данной книги вы найдете один из Семи с половиной законов духовно- финансового роста. После каждого закона приводится рыночная медитация, рассчитанная на то, чтобы вы лучше уяснили себе Закон. Эти «медитации» главным образом принадлежат перу Кристофера Бакли и Джона Тирни, которых издатель в самом конце привлек к работе над книгой в попытке, по их словам, «оживить материал». Сотрудничество было не из самых приятных. Я ничуть не сомневаюсь в компетентности и профессионализме господ Бакли и Тирни, однако для общедоступного истолкования божественных принципов требуется некоторая деликатность. Мы не всегда сходились во мнениях относительно формулировки «медитаций», но издатель не раз объяснял, что «на современном рынке литературы по самосовершенствованию» требуется именно такая редакция. Эти слова я расценил как намек на то, что в противном случае книга не будет издана. Я согласился, однако надеюсь, читатель поймет, что приведенные в этих «медитациях» термины и примеры – не говоря уже о мнениях – принадлежат не мне.

По причинам, которые станут ясны позднее, в данном повествовании я вольно обращаюсь кое с какими фактами. Историки расходятся во мнениях относительно мелких подробностей жизни и творчества святого Тадеуша Фессалийского. Можете не сомневаться, однако, что все цитаты из произведений Дипака Чопры и других современных авторов приведены слово в слово, хотя в это и трудно поверить.

Брат Зап, монастырь Каны

АББАТУ, с сознанием того, что доброта и милость Господни беспредельны

Кризис в монастыре…

Аббат обретает духовного наставника…

Информация с небес

День начался так же, как и все дни в монастыре Каны – с перезвона колоколов и шарканья обутых в сандалии ног по потрескавшемуся линолеуму. В свое время это был полированный мраморный пол, но мрамор уже давно продали, чтобы расплачиваться за предметы первой необходимости в период тяжких испытаний. С нищетой мы к тому времени уже свыклись, но мало кто из нас представлял себе в то прохладное сентябрьское утро, насколько угрожающим становится наше положение.

Начинался второй год моего послушания, и я был глубоко взволнован: после традиционного годового молчания мне было вновь разрешено говорить.

Весь этот год я – молча – задавался вопросом о том, что думают обо мне братья монахи. Жизнь биржевого маклера с Уолл-стрит я променял на жизнь, посвященную молитвам и покаянию, свой портфель – на четки, гул операционного зала фондовой биржи – на григорианские песнопения. Как-то раз, когда я, стоя на коленях, тщательно мыл линолеум (стараясь не слишком сильно нажимать на щетку, чтобы тот не потрескался еще больше), до меня донеслись слова брата Фабиана, сказанные брату Бобу: «Сдается мне, „брат Заправила“ покупал втридорога, а продавал по дешевке!» Эта обидная колкость упала на благодатную почву, и все монахи стали звать меня братом Запом. Никогда еще мне не было так мучительно тяжело не нарушить обет молчания, как в ту минуту, но потом я напомнил себе, по какой причине искал убежища, пытался скрыться от алчного мира. К тому же, надо признаться, эти двое были не так уж и далеки от истины. Как сказал мне мой директор-распорядитель в тот день, когда я был уволен из фирмы: «Сейчас наблюдается одна из самых благоприятных тенденций к повышению курсов за всю историю биржи. Как же вы ухитрились потерять так много денег наших клиентов?» Мне нечего было ответить. Я вышел и направился по Уолл-стрит в бар Слаттери.

– С добрым утречком, – сказал Слаттери. – Как обычно?

Как обычно? Сколько же времени я уже сижу здесь по утрам, читая «Джорнал» и накачиваясь «кровавой Мэри»?

– Слаттери, – ответил я, – позвольте задать вам один вопрос, по-дружески: как по-вашему, я уже превратился в пьяницу?

Он задумчиво посмотрел на меня и спросил:

– А что, это мешает вам на работе?

– Уже нет, – признал я.

Это почти все, что сохранилось у меня в памяти о том дне. Очнулся я в подсобке, лежа на животе рядом с ящиком, полным бутылок с надписью «Кана 20-20» на этикетках. С большим трудом, приложив немало усилий, я встал на колени и тщательно осмотрел одну из бутылок, в которой, судя по виду, было красное с оранжевым оттенком вино. Я отвинтил крышечку и выпил глоток. Внезапно я пришел к убеждению, что жидкость, находящаяся сейчас у меня во рту, сильно отдает смесью виноградного напитка «Кул-Эйд» с аккумуляторной кислотой, хотя сам этой смеси ни разу в жизни не пробовал. Я выплюнул жидкость на пол и, шатаясь, поплелся в туалет прополоскать рот от скрипевшего на зубах осадка. Когда меня нашел Слаттери, я, уставившись в зеркало, сковыривал с зубов пятнышки, подозрительно напоминавшие частицы ржавчины. Слаттери уже закрывал заведение на ночь, но я, чувствуя неприятный вкус во рту, принялся молить о чашечке кофе. Он налил мне чашку за стойкой бара.

– Знаете что, – оказал он, когда я, обжигаясь, пытался отхлебнуть кофе, – наверно, вы не созданы для Уолл-стрит. Гляжу я на вас тут по утрам и думаю, что хотите вы только одного: удрать с биржи. А ведь это можно и без выпивки сделать.

Его слова обожгли меня сильнее, чем кофе, хотя и не так сильно, как вино. Возможно, я и вправду не был создан для работы на бирже.

– Удирайте отсюда, – настаивал Слаттери. – Поезжайте за город. Помните, как выглядит трава?

Он показал на календарь, на котором было запечатлено нечто, похожее издалека на сельскую местность – какое-то поле с коровами. А может, и с овцами. Я был не в состоянии отличить одних от других на яркой, красивой фотографии.

– Это овцы или коровы? – пробормотал я.

– Это монахи, пьянь слепая.

Это была пасторальная сценка. Монахи, занимающиеся чем-то пасторальным. Возможно, с овцами. Я по-прежнему был не в состоянии разобрать.

– Почему монахи? – спросил я. Он пожал плечами:

– Это они делают «Кану 20-20».

Я вздрогнул и глотнул кофе.

– Я пролил немного в подсобке. Прошу прощения. Я вытру.

– Отвратное пойло, – сказал Слаттери. – Здесь им торговать нельзя. Я отдаю его пропойцам. Зато там чудесные места, добрейшей души создания, да и причина, черт возьми, уважительная, не правда ли?

– О чем это вы? – спросил я. – Об овцах или о монахах?

Туман в глазах, этом древнем зеркале души, рассеялся уже настолько, что я сумел наконец разглядеть изображение на календаре. На заднем плане, на покрытом зеленью холме над монахами в винограднике, возвышались кирпичное здание и церковь.

– А места там, похоже, и вправду чудесные.

– Я был там после смерти жены, – сказал Слаттери. – У них есть комната для гостей – без особых изысков, одна только койка. Отродясь так спокойно не отдыхал. Вам, наверно, там понравится. Правда, судя по всему, винодельня для вас сейчас – не самое подходящее место.

– Слаттери, – сказал я, – даже если это пойло будут подавать в Центре Бетти Форд, его и то никто пить не станет.

Слаттери улыбнулся, а я выпил еще один глоток кофе.

– Ну что ж, – сказал он, – возможно, вам и стоит поехать в Кану.

– А далеко это от Уолл-стрит?

– Миль двести, – сказал Слаттери. – Если попадете в Канаду, значит, проехали.

В Канаду я не попал. А неделька в Кане, в монастырском доме для гостей, растянулась на два года.

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Источник:

booksonline.com.ua

Книга: Бакли, Кристофер Тейлор, Тирни, Джон

Книга: Бакли, Кристофер Тейлор, Тирни, Джон «Господь – мой брокер. Семь с половиной законов духовного и финансового роста»

Серия: "внесерийное издание"

Главный герой книги — спивающийся трейдер с Уолл-стрит — уходит в монастырь. Монастырь живет очень бедно и в какой-то момент вовсе оказывается на грани разорения —герою даже приходится с горя обратиться к книгам известного гуру по личному развитию. К счастью, брат Тай, как его прозвали в монастыре, с помощью брокерских услуг самого Бога превращает монастырь в успешное предприятие, попутно открывая семь с половиной законов духовного и финансового роста. До выхода этой книги эти секреты были доступны лишь избранным (в основном миллиардерам и лауреатам Нобелевской премии мира), но теперь и вы сможете использовать мудрости, которые брат Зап нашел в древних текстах монахов. Откройте эту книгу и откройте свое сердце. Она изменит вашу жизнь.

Издательство: "Манн, Иванов и Фербер" (2015)

Формат: 213.00mm x 146.00mm x 18.00mm, 256 стр.

Названия

Если вы попали сюда из другой статьи Википедии, пожалуйста, вернитесь и уточните ссылку так, чтобы она указывала на статью.

Тирни — фамилия. Известные носители:

Если вы попали сюда из другой статьи Википедии, возможно, стоит уточнить ссылку так, чтобы она указывала на статью о конкретном человеке. См. также полный список существующих статей.

Другие книги схожей тематики:

Мы используем куки для наилучшего представления нашего сайта. Продолжая использовать данный сайт, вы соглашаетесь с этим. Хорошо

Источник:

books.academic.ru

Бакли, Кристофер Тейлор, Тирни, Джон Господь – мой брокер. Семь с половиной законов духовного и финансового роста в городе Краснодар

В данном интернет каталоге вы можете найти Бакли, Кристофер Тейлор, Тирни, Джон Господь – мой брокер. Семь с половиной законов духовного и финансового роста по разумной цене, сравнить цены, а также посмотреть иные книги в категории Бизнес и экономика. Ознакомиться с параметрами, ценами и обзорами товара. Транспортировка выполняется в любой населённый пункт РФ, например: Краснодар, Пенза, Ростов-на-Дону.