Каталог книг

Левин Х. Сотворение мира за счет ограничения пространства занимаего Богом

Перейти в магазин

Сравнить цены

Описание

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Тетрадь на скрепке Printio Сотворение мира Тетрадь на скрепке Printio Сотворение мира 240 р. printio.ru В магазин >>
Кудрявцева Т. Сотворение мира Повести Кудрявцева Т. Сотворение мира Повести 244 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Константин Пархоменко Сотворение мира и человека Константин Пархоменко Сотворение мира и человека 1919 р. ozon.ru В магазин >>
протоиерей Константин Пархоменко Сотворение мира и человека протоиерей Константин Пархоменко Сотворение мира и человека 79.99 р. litres.ru В магазин >>
Голубев А. Сотворение мира Раскраска-рисовалка Голубев А. Сотворение мира Раскраска-рисовалка 283 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Александр Аркадьевич Сальников Гибель бога, или Сотворение человека Александр Аркадьевич Сальников Гибель бога, или Сотворение человека 99.9 р. litres.ru В магазин >>
Тетрадь на скрепке Printio Сотоворение мира (черная) Тетрадь на скрепке Printio Сотоворение мира (черная) 225 р. printio.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

Читать онлайн Сотворение мира за счет ограничения пространства, занимаемого Богом Избранное: проза, театр автора Левин Ханох - RuLit - Страница 73

Читать онлайн "Сотворение мира за счет ограничения пространства, занимаемого Богом [Избранное: проза, театр]" автора Левин Ханох - RuLit - Страница 73

ЕВРЕЙ. Ну, вот и все. Ты закончил?

АРАБ. Да. (Оглядывается по сторонам.) Ты уверен, что этого хватит?

ЕВРЕЙ. Разумеется. (По-дружески кладет руку на плечо Араба.) Уходим.

АРАБ (останавливается). Может быть, еще немножко динамита? На всякий пожарный.

ЕВРЕЙ. Не волнуйся. Здесь камня на камне не останется. (Уходят. Взрыв. Затемнение. Свет. Дом разрушен. Валяется сломанный стул. Слышен плач ребенка. Возвращается Еврей. Разводит руками.) Ну вот, все можно сделать легко и просто, если только захотеть. (Возвращается Араб.) Посмотри, посмотри! Какой вид, а? Сколько теперь свободного места!

АРАБ. Да, теперь… Теперь стало просторнее.

ЕВРЕЙ. Пространственный дизайн — это моя профессия.

АРАБ (ставит ногу на стул). Хорошая работа.

ЕВРЕЙ. Когда я был ребенком, то увлекался скульптурой на пленэре, а в восемнадцать — заинтересовался взрывными устройствами.

АРАБ. У тебя хорошо получается.

ЕВРЕЙ. Хотя моя жена предпочитает летчиков. «В самолете, — говорит она, — более безопасно». В смысле, меньше шансов, что принесу домой клопов. (Достает из кармана фото, показывает Арабу.) Моя жена.

АРАБ (смотрит на фотографию). Симпатичная.

ЕВРЕЙ. Закончила филфак. Специализируется на Танахе[7]. В общем, Танах, трое детей…

АРАБ. Дай им Бог здоровья. (Слышен плач ребенка.)

АРАБ. Да нет, это так, ничего особенного. Просто ему осколком выбило глаз.

ЕВРЕЙ. Глаз? А, глаз… (Закрывает лицо руками, плачет.)

АРАБ. Не плачь, приятель. Это пустяки. У него все равно был ячмень. (Пауза. Еврей продолжает плакать.) Не плачь, прошу тебя, у меня сердце кровью обливается, когда ты плачешь.

ЕВРЕЙ (сквозь слезы). И почему это всегда происходит именно со мной? Глаза. Осколки… Почему я не могу сделать работу, как следует?

АРАБ. Все нормально, Зильберман. Все нормально…

АРАБ. Нет, правда. Что такое — глаз? Глупости. Одним больше, одним меньше…

ЕВРЕЙ (сквозь слезы). Но это же моя дипломная работа!

АРАБ. Все будет хорошо, Зильберман, не переживай. Мы никому не расскажем. (Еврей успокаивается.) Вот увидишь, все будет хорошо. Нельзя принимать все так близко к сердцу. (Еврей вытирает слезы платком.) Ты еще взорвешь много домов. Понемногу наберешься опыта. На это требуется время. (Еврей улыбается.)

ЕВРЕЙ. Спасибо тебе, Хасан. Я рад, что ты все понимаешь и готов помочь.

АРАБ. А почему бы и нет? Что я, эгоист?

ЕВРЕЙ. Есть и такие, Хасан. Эгоисты. Думают только о себе. Не хотят умирать.

АРАБ. Я не такой. Ты показал мне документ. В нем написано, что нужно взорвать мой дом. Написано — сделано. Молодец.

ЕВРЕЙ. Вот именно. Только не пойми нас превратно. Мы вам не мстим. Это просто с целью устрашения.

ЕВРЕЙ. И вовсе не потому, что мы этого хотим. Мы просто вынуждены.

ЕВРЕЙ. В конце концов, мы ведь могли бы сделать что-нибудь и похуже. Если бы захотели. Ты меня понимаешь?

АРАБ. Понимаю, конечно. Я все понимаю.

ЕВРЕЙ (вынимает бумагу). А теперь распишись, пожалуйста, здесь. На двух экземплярах.

ЕВРЕЙ. Расписка. (Читает.) Я, Хасан, такой-то и такой-то, проживающий в деревне такой-то, подтверждаю, что в операции «Возмездие 67/Огонь/411» от 02/04/67 у меня были произведены следующие работы: 1. Мой дом был взорван и разрушен до основания, включая кухню и туалет. 2. Электро- и водоснабжение было отключено. Произведенными работами я полностью удовлетворен. К подрядчику, строительному отделу Армии обороны Израиля, у меня нет и не будет никаких претензий. (Дает Арабу ручку, тот расписывается. Еврей складывает заявление, прячет в карман, закрывает чемодан, оглядывается по сторонам.) Ты не видел тут, случайно, мою шляпу?

АРАБ. Нет. (Смотрит по сторонам.) Может быть, она улетела во время взрыва?

ЕВРЕЙ. Взрыва? Какого взрыва? A-а, взрыва. Да, вполне возможно. (Снова смотрит по сторонам.) Ну и ладно, шут с ней. Лес рубят — щепки летят.

Источник:

www.rulit.me

Ханох Левин - Сотворение мира за счет ограничения пространства, занимаемого Богом - чтение книги онлайн

Левин Х. Сотворение мира за счет ограничения пространства занимаего Богом

но и снаружи. Если раньше она не понимала, почему он помирает со смеху, то сейчас никак не могла взять в толк, почему он не дает ей сходить в туалет. Геверл же тем временем неторопливо изучил каждую часть ее тела, проверил, насколько менее гладкой и упругой стала ее кожа, медленно вставил в нее свой колбасообразный орган, подвигал им взад-вперед, вынул, перевернул Лотру, как блин на сковородке, на живот, поставил ее на колени и снова вошел в нее, теперь уже сзади.

Как блин, переворачиваемый и поджариваемый ленивым поваром, Лотра оказывалась то в одной позе, то в другой, и все это во имя какого-то сомнительного удовольствия, которое становилось все более и более сомнительным по мере того, как желание помочиться усиливалось. Геверл же, напротив, был очень доволен собой. Сначала пописал на дочку, теперь вставляет мамаше. Обеим сегодня суждено принять в себя одну из жидкостей, произведенных его телом. Геверл улыбнулся. Ему уже не хотелось хохотать, как раньше, но он по-прежнему был ужасно доволен.

«Сейчас, — думал он, — когда я вставляю ей сзади, она стоит на четвереньках и очень похожа на низенький столик в ее собственной гостиной. Осталось только поставить ей на спину тарелку с колбасой, соленые огурцы, хлеб с маслом, рюмку коньяка, повязать салфетку на шею — и можно будет отлично закусить на этом человекообразном столе, не прекращая при этом сексуальной активности». Он закрыл глаза и представил, как будет есть на спине у Лотры. «Надо, — подумал он, — положить также немного лука. Будет, конечно, вонять изо рта. Ну и что? Я же сейчас нахожусь не напротив рта, расположенного у Лотры на лице, а напротив плотно сжатого „рта“, расположенного на ее заднице. А этот „рот“ — хи-хи-хи, — похоже, тоже съел пару луковиц. А может быть — ха-ха-ха, — и что-нибудь еще…» Он не удержался и засмеялся вслух.

Лотра дернулась, пытаясь высвободиться, однако Геверл крепко держал ее за талию. Когда он охвачен страстью, руки у него становятся сильными. «Если бы руки у Лотры были сейчас свободными, — продолжал он прясть нить своих размышлений, глядя на стоящую под ним на четвереньках Лотру, — то, пока я закусываю и трахаю ее, она вполне могла бы вязать мне теплый свитер на зиму, хо-хо-хо-хо-хо…»

Однако в реальности не было ни колбасы, ни огурцов, ни лука, ни коньяка. Только монотонные движения его тела. Взад — вперед, взад — вперед, взад — вперед. Геверл закрыл глаза, как верующий во время молитвы, еще сильнее обхватил Лотру за талию и начал быстро грести к желанному берегу. Хоп-хоп — греб он, — хоп-хоп, хоп-хоп. Лицо его налилось кровью и исказилось, будто усиливающееся наслаждение причиняло ему мучения. Он жадно лизал и целовал тело Лотры, его губы словно приросли к ее спине, и на какое-то мгновение Лотра показалась ему вдруг прекрасной. Он пришел в такой восторг, что у него даже промелькнула мысль: «А почему бы мне и в самом деле не связать свою судьбу с этой очаровательной женщиной?» Но именно в этот момент он достиг пика наслаждения, взвизгнул по-поросячьи, и волна выбросила его на берег.

Путешествие закончилось. Удовлетворенный и обессиленный, Геверл уткнулся головой в поясницу Лотры. Секунду-другую он приходил в себя, а затем приподнял голову и взглянул сбоку на Лотрино лицо. Ее опущенная, как у скотины, везущей груз, голова, разинутый рот и обнажившиеся зубы вызвали у него еще большее отвращение, чем раньше. Все, сказал себе Геверл, у меня больше нет времени, я срочно должен поспать. И решительно слез с дивана.

Лотра продолжала стоять на четвереньках с опущенной головой и вытянутой вперед рукой. Не говоря ни слова, Геверл вытерся краем покрывала, расстеленного на диване, склонился над Лотрой, чмокнул ее в затылок и сказал:

Он сказал это только для того, чтобы вселить в нее хоть какую-то надежду на будущее, однако в действительности приходить к ней еще раз Геверл совсем не собирался. Нет, больше она его не увидит. Даже если они случайно и встретятся на улице в ближайшие недели, он только улыбнется и не станет ей ничего объяснять. Впрочем, она даже и не спросит. Она поймет. Эта ящерица уже давно привыкла, что мужчины приходят, обещают и уходят навсегда. Почему же он должен быть исключением? Если они встретятся через год или два, вся эта история уже забудется. Может, к тому времени у нее будет кто-то другой. А может быть, и нет. А может, у него снова возникнет желание и он спросит ее с ироничной улыбкой, как насчет чашечки кофе? Лотра, разумеется, не откажется. Ведь она принадлежит ему. Навсегда. Так он и будет развлекаться с ней раз в три-четыре года, пока ему не стукнет шестьдесят. А потом, когда он уже поизносится, будет, как уже сказано выше, развлекаться с Тупиц.

Он склонился над столиком, стоявшим возле дивана, доел свой кусок торта, отрезал себе еще один и, жуя, неторопливо направился к выходу.

Когда он вышел из подъезда на улицу, ему вдруг пришло в голову, что Лотра все-таки обнаружила содеянное им и собирается сбросить на него горшок с цветами, чтобы размозжить ему голову. Он прикрыл голову руками и в страхе посмотрел на окно Лотры. Но нет. Ничего такого не случилось. Свет в квартире Лотры не горел. Ни в окне, ни на балконе никого видно не было. Из дома не доносилось ни звука.

Глупые коровы, подумал Геверл. Небось до сих пор так и валяются. Одна в своей кроватке, другая — на диване. Первая купается в его моче, вторая — в его сперме. И обе, дурынды, мечтают о счастливом будущем.

Он ускорил шаг, а затем почти побежал. От такой женщины, как Лотра, лучше держаться подальше. Да и от второй, пожалуй, тоже.

Лотра между тем пребывала в том же положении, в каком оставил ее Геверл. Голая и жалкая, она стояла на карачках с вытянутой вперед рукой. Постояв так еще какое-то время, она рухнула на диван, уткнулась лицом в ладони и заплакала. Ну как тут, скажите, не заплакать? Пришел, разбередил ей душу, перевернул, вставил, вынул и ушел. Горькие слезы обиды буквально душили ее. Боже, как этот вечер был похож на многие другие вечера в ее жизни!

Лотра плакала, и в темноте комнаты ее голова и ноги сливались с подушками на диване. Только в нижней части ее спины торчала, как вечный памятник, огромная гора ягодиц. К горам и холмам, уже существующим на Земле и в вечном удивлении тянущимся к звездам, добавилась еще одна гора, по имени Лотра. Если именно сейчас Бог взирает сверху на нашу Землю, то к чему, интересно, приковано его внимание? Прислушивается ли он к рыданиям Лотры, оплакивающей свою жизнь, или, может быть, смотрит сквозь щелку в облаке на красующуюся прямо перед ним жирную задницу, с разверстой в ее центре маленькой, вонючей, смеющейся дырочкой.

Тем временем Геверл шел по улице по направлению к своему дому. Шел и торжествовал. И вдруг ощущение забавного приключения куда-то испарилось, а во рту появился неприятный привкус. Геверл почувствовал внезапную усталость. Почему-то он больше не ощущал себя повелителем. Вместо этого он стал думать о несчастной Лотре, с готовностью предоставившей в его распоряжение свои ягодицы и лежащей сейчас, как корова, с опущенной головой, в ожидании счастья, которое все никак не приходит и не приходит. Он представил, как утром она возьмет на руки пропитанную мочой Тупиц, начнет ее качать и увидит, какая та мокрая. На лице ее появится идиотское выражение удивления, а может быть, даже и гнусная улыбка. Господи, что же он наделал?! Что это за дикая выходка такая? Какой в ней смысл? Зачем надо было мочиться на девочку, даже если та и похожа на помятое ухо? Зачем надо было вселять в ее мать, Лотру, напрасные надежды? Зачем было ее так унижать? Если она настолько лишена обаяния и улыбается мерзкой улыбкой, то для чего он вообще к ней тогда пришел? Что тут такого смешного? Чем тут, скажите, гордиться? С чего смеяться и хлопать себя по коленкам? А взять, например, этот его новый имидж обаятельного мерзавца? Ради чего все это? Чтобы помочиться на спящую девочку и поставить раком ее мамашу? Да уж! Таких отчаянно смелых поступков и в самом деле не совершал никто, нигде и никогда. Ну прямо-таки вершина смелости! Мировой рекорд безнравственности! Неужели именно это суждено было ему совершить на гигантской мировой арене?!

Чем дальше уходил Геверл от дома Лотры, тем сильнее ему казалось, что сделал это не он, а кто-то другой. Он все меньше и меньше понимал смысл содеянного и все больше удивлялся тому, что совершил. Геверла передергивало от стыда, словно его тело пыталось стряхнуть с себя воспоминание о случившемся. Но воспоминание, увы, не стряхивалось.

Придя домой, он помочился, чтобы не образовалась пробка, поел шоколада, чтобы успокоиться, и лег в постель. Какое-то время он лежал в темноте и размышлял о своей участи и вдруг почувствовал, что у него перехватывает горло и щиплет в глазах. Две слезинки жалости к самому себе вытекли из глаз. Что побуждает его совершать такие странные, бессмысленные поступки? Разве не являет он собой символ абсурдности человеческого существования? Не только Лотра, но и он умеет оплакивать свою пропащую жизнь, проходящую так бессмысленно и некрасиво. Он тоже, да-да, и он тоже заслужил немножко любви.

Какое-то время Геверл еще лежал и размышлял о своем идиотском поступке, но уже не так, как раньше, не всерьез, а, скорее, по инерции. Спросил себя раз десять: «Зачем? Зачем? Зачем?» — и перестал.

Нет, а что тут, собственно, такого, вдруг подумал он, перейдя в контратаку. Что это вообще за странная потребность такая — все объяснять? Разве в этом мире все уже до конца объяснено? Разве ученые разгадали тайну возникновения жизни? Или, скажем, тайну сотворения мира? Или, может быть, кто-нибудь проник в тайну искусства? Ну так пусть на Земле будет еще одна неразгаданная тайна.

Эта внезапно пришедшая в голову мысль наполнила душу Геверла гордостью. Мало того что он совершил такой странный поступок, вдобавок ко всему у него теперь тоже есть тайна, которая ничем не хуже других мировых загадок. «Да, — не без удовлетворения подытожил он в конце концов. — Воистину непостижима душа человеческая». И погрузился в сон.

Из цикла «Размышления»

Существует мнение, что Бог, некогда заполнявший своей бесконечной субстанцией пространство Вселенной до такой степени, что в ней не оставалось ни единой пустой щелочки и трещинки, в один прекрасный момент вынужден был потесниться и съежиться, чтобы освободить место для мира, который он собирался сотворить.

Нечто похожее произошло и в нашем городе, в магазине женского белья престарелого профессора Каплицкого. В своем магазине Каплицкий был безраздельным властелином. В его хозяйстве царили образцовый порядок и дисциплина. Но поскольку Каплицкий вечно злился на клиенток, высасывавших из него все силы и пивших, как он считал, его кровь, бледные губы старика всегда были

Источник:

litread.info

Ханох Левин Сотворение мира за счет ограничения пространства, занимаемого Богом скачать книгу fb2 txt бесплатно, читать текст онлайн, отзывы

Сотворение мира за счет ограничения пространства, занимаемого Богом

Ханох Левин (1943–1999) — крупнейшая фигура израильской культуры конца XX века. Прозаик, поэт и драматург гротескно-абсурдистского направления, признанный в Израиле классиком еще при жизни, он с беккетовской трагической силой пишет о своих героях, жалких и жестоких, молящих о сострадании и глумящихся над ближними. Первая в России книга Левина включает образцы его прозы, одну из самых известных пьес и лучшие театральные скетчи.

Дорогие читатели, есть книги интересные, а есть - очень интересные. К какому разряду отнести "Сотворение мира за счет ограничения пространства, занимаемого Богом" Левин Ханох решать Вам! Через виденье главного героя окружающий мир в воображении читающего вырисовывается ярко, красочно и невероятно красиво. Юмор подан не в случайных мелочах и не всегда на поверхности, а вызван внутренним эфирным ощущением и подчинен всему строю. Кто способен читать между строк, может уловить, что важное в своем непосредственном проявлении становится собственной противоположностью. Периодически возвращаясь к композиции каждый раз находишь для себя какой-то насущный, волнующий вопрос и незамедлительно получаешь на него ответ. Умелое использование зрительных образов писателем создает принципиально новый, преобразованный мир, энергичный и насыщенный красками. Произведение, благодаря мастерскому перу автора, наполнено тонкими и живыми психологическими портретами. Возникает желание посмотреть на себя, сопоставить себя с описываемыми событиями и ситуациями, охватить себя другим охватом - во всю даль и ширь души. Динамичный и живой язык повествования с невероятной скоростью приводит финалу и удивляет непредсказуемой развязкой. Просматривается актуальная во все времена идея превосходства добра над злом, света над тьмой с очевидной победой первого и поражением второго. Благодаря динамичному и увлекательному сюжету, книга держит читателя в напряжении от начала до конца. "Сотворение мира за счет ограничения пространства, занимаемого Богом" Левин Ханох читать бесплатно онлайн безусловно стоит, здесь есть и прекрасный воплощенный замысел и награда для истинных ценителей этого жанра.

Добавить отзыв о книге "Сотворение мира за счет ограничения пространства, занимаемого Богом"

Источник:

readli.net

Читать Сотворение мира за счет ограничения пространства, занимаемого Богом - Левин Ханох - Страница 1

Левин Х. Сотворение мира за счет ограничения пространства занимаего Богом
  • ЖАНРЫ
  • АВТОРЫ
  • КНИГИ 529 769
  • СЕРИИ
  • ПОЛЬЗОВАТЕЛИ 457 958

Сотворение мира за счет ограничения пространства, занимаемого Богом

(Избранное: проза, театр)

Мои жена, отец, мать, все прочие родственники и друзья единогласно признают, что я превосхожу муху в любом смысле. Достаточно поставить меня рядом с мухой, чтобы убедиться, что она уступает мне почти во всем. Жена говорит, что будь я даже карликом, то и тогда был бы выше и значительнее мухи.

Не вижу смысла скромничать.

Она абсолютно права.

Драматург, режиссер, прозаик и поэт Ханох Левин — одна из крупнейших фигур в израильской культуре конца XX века. Его творчество оказало огромное влияние на израильское общество и до сих пор вызывает бурные споры.

Ханох Левин родился в Тель-Авиве 18 декабря 1943 года в семье выходцев из Польши, переживших Холокост. Первоначальное образование получил в религиозной школе. Закончил Тель-Авивский университет, где изучал литературу и философию.

Его ранние произведения (спектакли для кабаре «Ты и я и будущая война», «Кетчуп») были острой политической сатирой на израильское общество после шестидневной войны 1967 года и содержали мрачные предсказания относительно трагических результатов, к которым может привести оккупация арабских территорий. Неудивительно, что первые драматические работы Левина вызывали громкие скандалы. Кульминацией в этом отношении стал спектакль «Королева ванной комнаты» (1970). По свидетельству очевидцев, публика неистовствовала так, что актеры боялись выходить на сцену. Во время одного из представлений какая-то зрительница крикнула: «Это не спектакль, а вонючая бомба». На другом представлении полиции пришлось арестовать разбушевавшегося зрителя. Радикальная подпольная организация «Волчата» угрожала драматургу физической расправой. В газете «Гаарец» было опубликовано платное объявление, автор которого призывал всех, кому нравится спектакль, собраться у подъезда его дома и разрушить государство Израиль. Администрация «Камерного театра» была так напугана происходящим, что после девятнадцати представлений сняла спектакль с репертуара. В печати тех лет Левина именовали коммунистом и душевнобольным.

Со временем творчество Левина стало менее ангажированным. Его мрачный сарказм перестал быть локально ориентированным, привязанным к какому-то определенному времени и пространству и перерос в тотальную и беспощадную критику бытия в целом. Левин нередко изображает человека как омерзительное насекомое, и многие его тексты приобретают человеконенавистническое звучание.

Из европейских художественных течений XX века Левин ближе всего к немецкому экспрессионизму и театру абсурда. Из русских же писателей его «ближайшие родственники» — Гоголь, Федор Сологуб и Хармс. Многие герои Левина — это как будто совершившие репатриацию в Израиль хармсовские Пакин и Ракукин.

В течение почти трех десятилетий на сценах израильских театров ставилась как минимум одна новая пьеса Левина в год. Из пятидесяти шести написанных им пьес при его жизни увидели сцену тридцать три, двадцать две из которых он поставил сам. Несколько левиновских зонтов стали в Израиле национальными хитами.

В последние годы жизни Левина страсти вокруг него улеглись, его творчество удостоилось многочисленных статей, книг и диссертаций, вышло многотомное полное собрание его сочинений. Но налет скандальности сохранялся почти на всем, что он писал и ставил, и его отношения с израильским истеблишментом до самого конца оставались натянутыми. Несмотря на огромную известность и общественное признание, Государственной премии Израиля Ханох Левин так и не получил.

Он умер в возрасте 55 лет 18 августа 1999 года. Его смерть была воспринята в Израиле как национальная трагедия. Тель-Авивский «Камерный театр», с которым была связана вся творческая жизнь Левина, создал Институт театра его имени.

Произведения Левина переведены на многие языки мира. Его пьеса «Хефец» признана в Израиле классической и включена в программу средней школы.

Настоящее издание — это первое собрание избранных произведений Ханоха Левина на русском языке.

Как-то раз под вечер никем не любимый мужчина по имени Геверл встретился на улице со своей давнишней приятельницей Лотрой. Лотра прогуливалась с коляской, в которой лежала ее дочь Тупиц. Геверл склонился над коляской и заглянул в нее. Тупиц лежала сморщенная и красная, как ухо, на котором проспали всю ночь. Ее широко раскрытые глаза были устремлены в небо. Время от времени она шевелилась и высовывала длинный слюнявый язык.

Геверл посюсюкал, погугукал и задал Тупиц несколько шутливых вопросов, в ответ на которые Тупиц высовывала язык и ворочалась, а ее мать противно хихикала.

— Как тебя зовут? — спросил он, обращаясь к Тупиц.

Тупиц заворочалась, а ее мать мерзко хихикнула.

— Хочешь выйти за меня замуж?

Тупиц высунула язык, и Лотра снова хихикнула.

В восторге от своего абсурдистского юмора и умения шутить с детьми Геверл тоже засмеялся.

— Что, Тупиц, не нравлюсь я тебе? — спросил он.

И снова Тупиц заворочалась, а Лотра захихикала.

Все это было ужасно неприятно, неестественно, глупо, и Геверл решил, что трех вопросов вполне достаточно. Заплатил, так сказать, налог на интерес к детям — и будет на сегодня. В самом деле, разве это нужно Геверлу? Разве нужно ему это бессмысленное одностороннее общение с младенцами? Нет, в действительности Геверлу нужно совсем другое. Ему уже сорок, и он хочет диалога. Серьезного диалога с женщиной — красивой, упругой, горячей. Лет этак восемнадцати — тридцати пяти. Вот что нужно сейчас Геверлу. Все силы его души на данном этапе жизни устремлены исключительно в романтическое русло. С малолетними и старухами он долго разговаривать не в состоянии. На это у него, извините, нет времени. Он занят. Он спешит. Совсем другое дело, если какая-нибудь интересная женщина лет тридцати спрашивает у него, как пройти на такую-то улицу. Тогда его лицо сразу светлеет. У него просто куча свободного времени. Он ну абсолютно ничем не занят. Он готов сколь угодно долго объяснять, где находится искомая улица, бросая на женщину многозначительные взгляды, готов перечислить все близлежащие улицы вообще, и даже более того, готов проводить ее до этой улицы, чтобы она не заблудилась. Да что там проводить! Он готов на ней жениться. Квартиру ей купить на этой улице. Готов стоять с ней в обнимку на этой улице до самой смерти, до собственных похорон. Вот сколько у него свободного времени…

Геверл стоял у коляски и разговаривал с Лотрой. Лотра тихонько смеялась и время от времени вздыхала. Ей тяжело. Она одна. Муж в Америке, когда вернется — не известно. Да и вернется ли вообще… Она смотрела на Геверла, как бы оправдываясь, и смущенно улыбалась. Ну да, что-то вроде неофициального развода…

Геверл почувствовал легкое волнение. Когда-то, давным-давно, был у него с Лотрой… роман не роман… ну, в общем, нечто вроде любви. Однако любил он, скорее, не саму Лотру, а все больше некоторые части ее тела. Главным образом, расположенные сзади. И не то чтобы даже любил. Скорее, они его возбуждали. Части тела, расположенные спереди, в первую очередь в верхней его половине: лицо, глаза, зубы, — их он не любил. Особенно не нравились ему глаза. Уставятся на тебя в упор, как будто фотографируют, желая увековечить твою жалкую физиономию и твои мерзкие поступки. Или словно хотят тебя пристыдить. Да и сам материал, из которого глаза сделаны, — что-то вроде застывшего и превратившегося в желе соуса… Одним словом, глаза его не возбуждали. Да и вообще — зачем они нужны? А вот ягодицы… Лотрины ягодицы… Это совсем другое дело.

Источник:

www.litmir.me

Левин Х. Сотворение мира за счет ограничения пространства занимаего Богом в городе Тула

В нашем интернет каталоге вы сможете найти Левин Х. Сотворение мира за счет ограничения пространства занимаего Богом по доступной стоимости, сравнить цены, а также посмотреть иные предложения в категории Художественная литература. Ознакомиться с параметрами, ценами и рецензиями товара. Доставка товара может производится в любой город РФ, например: Тула, Санкт-Петербург, Челябинск.