Каталог книг

Александр Найдёнов Сборник рассказов

Перейти в магазин

Сравнить цены

Описание

В сборнике представлены рассказы о современной российской жизни.

Характеристики

  • Форматы

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Александр Евгеньевич Никифоров Вот был слуЧАЙ. Сборник рассказов Александр Евгеньевич Никифоров Вот был слуЧАЙ. Сборник рассказов 0 р. litres.ru В магазин >>
Александр Карнишин Почти фантастика. Сборник рассказов Александр Карнишин Почти фантастика. Сборник рассказов 40 р. litres.ru В магазин >>
Александр Карнишин Сборник фантастических рассказов Александр Карнишин Сборник фантастических рассказов 60 р. litres.ru В магазин >>
Александр Браинрек Гастрономические фантазии. Сборник рассказов Александр Браинрек Гастрономические фантазии. Сборник рассказов 0 р. litres.ru В магазин >>
Александр Сокуров В центре океана Александр Сокуров В центре океана 167 р. ozon.ru В магазин >>
Александр Сергеевич Важов Сборник мистических историй 2 Александр Сергеевич Важов Сборник мистических историй 2 49.9 р. litres.ru В магазин >>
Александр Найдёнов Рассказы Александр Найдёнов Рассказы 100 р. litres.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

Александр Найдёнов - Сборник рассказов

Александр Найдёнов - Сборник рассказов

99 Пожалуйста дождитесь своей очереди, идёт подготовка вашей ссылки для скачивания.

Скачивание начинается. Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.

Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.

Описание книги "Сборник рассказов"

Описание и краткое содержание "Сборник рассказов" читать бесплатно онлайн.

Витька вспоминал, все ли у них с дедом приготовлено для рыбалки? Есть малинка, черви и хлебный мякиш. Нету комаров, козявок и матарашек. Нету мормышей. Мормышей в поселке и не добыть, они водятся далеко, в верховьях пруда, на нападавших в воду ветках.

Витька спрыгнул с лавки, пошел к двери, засопел там, надевая кроссовки.

– Ты куда собрался?– крикнула ему с кухни мать.

– Матарашек иду ловить!– крикнул ей в ответ Витька, или может, он и не крикнул, просто звонкий голос такой у него.

– К берегу не подходи! Понял?!

– Понял!– натужно ответил Витька, спиной отворяя толстую тяжелую дверь.

В сенках маленькое окошко освещало только стену напротив. От полумрака в углах делалось жутко. Если бы не бык на стене, если бы не шум с Водной станции, Витька ни за что б не отважился тут бывать в одиночку. Как ни подмывало его скорей убежать отсюда, но не мог он не погладить быка – ведь тому в сенях тоже одиноко и страшно. Витька жалел его как живого, хоть этот бык – всего-навсего мазок бурой краски с потеками, кем-то ляпнутый кистью на стену. Стекшие капли засохли, будто тонкие ноги. Сколько их было, ног, Витька не знал, потому что считать не умел, да и неважно это было ему. Ладонью проведя по спине и холке быка, Витька ухватился за железную щеколду и потянул на себя наружную дверь.

Сощурясь от солнца, он перешагнул за порог, в душный июльский воздух. Во дворе баба Шура весила на веревку белье. Чтоб она не подумала, что ее внук отправился куда-то шалить и не задержала его, Витька пошел медленно. Идти медленно гораздо тяжелей, чем бежать.

– Ты куда это, дружок?– все равно окликнула бабушка.

– Матарашек иду ловить!

– К берегу чтоб – ни-ни! А то – никакой рыбалки!

– Ладно!– ответил Витька, скрываясь, наконец, за воротами.

Дом, в котором они живут, двухэтажный, длинный, из серых толстенных бревен, называется он – барак. Кроме Витьки с его семьей, обитает в нем много бабушек. Эти окна – там баба Вера, а над ней, в комнате наверху, Лаптева баба Валя; сбоку от нее, за стеной – Сорокина, звать ее баба Клава. Дальше – баба Люда и баба Оля. Через окна в доме бабушки все замечают и всегда все знают про Витьку. Дедушек же у него всего ничего, их лишь двое: деда Паша – муж бабы Шуры, да в комнате на углу Соколов. Он – Бобыль. Только Витьке наказали строго-настрого, чтобы Бобылем его он не звал. Витька называет его дедом. Дедом просто – и все.

Витька шел, шел вдоль дома – и не выдержал, побежал, чтоб скорее его пройти. Миновав дом, он взбежал на пригорок, где дуплистый тополь, огромный, почти до неба, и за тополем свернул вправо, на поляну у Водной станции. Эта поляна вся, за исключением узкой дорожки, поросла густою травой. Витька двинулся в траву с опаской, чтоб крапивой не изжалить голые руки и ноги – и лопухи, точно зеленые зонтики, сомкнулись над его головой. Здесь, под лопухами в траве много всякой живности, мух, комаров,– нужно только выследить и поймать, а в кармане у Витьки есть спичечный коробок, который ему надо наполнить. Добыча вскоре нашлась: толстый комар с пушистою мордочкой сидел, не улетая, на тыльной стороне лопуха. Витька, не дыша, взял пальцами комара за зеленое тельце и опустил в коробок, потом приложил коробок к уху и слушал, но комар не зудел, он еще не проснулся, быть может.

Матарашки, как всегда в теплый день, затеяли свои танцы – то взлетая ввысь, то припадая к земле. Матарашки – словно маленькие стрекозы, только на конце хвоста у каждой из них болтается по два волоска. Матарашек удобнее ловить кепкой, если орудовать ей точно сачком. Витька крался по поляне и взмахивал кепкой, и не сразу, но все-таки зачерпнул одну матарашку. Он осторожно, чтобы не надломить ее трепетавшие крылья, протиснул ее в щелочку коробка, снова слушал коробок ухом – и опять не разобрал ничего. Звуки заглушал шум с Водной станции, потому что станция – вот уж, рядом.

Желтый, обшитый досками, дом Водной станции со стороны поляны был невысок, но другая его стена, обращенная к пруду, спускалась до самого берега крутыми ступенями трибуны, огромной, во весь фасад здания. Водную окольцовывала крытая колоннада.

Витька сомневался один лишь миг – и припустил в колоннаду, чтобы посмотреть пруд. К берегу он не приблизится – нашел он для себя оправдание. Не поляне не осталось ни души, а впереди, на трибуне, загорала толпа народу. Витька, смяв козырек фуражки, уткнулся лбом в деревянную решетку перил – чтоб рассматривать отдыхающих. Нескольких из них он узнал. Тот вон, с мускулистой спиной, веселый – это Софа. Его боятся даже взрослые. Витька помнит, ему рассказывали, что Софа когда-то дрался и побил тут взрослого мужика! Софа – не имя его, кликуха. А теперь вот Софа как ни в чем не бывало, расселся на ступени и пересмехается с девками. Девки же хохочут, зубоскалят так, словно он им совсем не страшен. Или просто они не знают, что он смог побить мужика?

Пруд блестел от солнца чешуею крупной волны, и нигде не видно было рыбачьих лодок. Может, там, за Белым камнем, в заливах, где волна наверно слабее, кто-то с удочкой и рыбалит, но отсюда не разглядеть.

Над Водной станцией, над дальним берегом, стояли в небе пацаны, забравшиеся на вышку. Один из них, на вид не меньше, чем пятиклассник, собрался с нее нырять. Он медлил там, на самом краю, готовился, смотрел вниз. В воде под вышкой – обрыв, ужасная глубина. И парень не решился, он отступил, придвинулся, держась за поручни, поближе к друзьям. И что-то говорил им, смеялся – как будто он ничуточки и не струсил. Потом неторопливо закатывал штанины на черных своих трусах, изображал, что замешка вся из-за них – надо, чтоб были плавки. Затем он вернулся к краю, еще помедлил – и наконец шагнул. Склонив лицо вперед, он глядел на воду под собой все время, покуда падал. Он так и воткнулся в волны – ступнями, грудью и наклоненным лицом,– исчез, провалился в пруд, выбив оттуда брызги. Но вот он появился опять, руками барахтая по-собачьи. Похоже, он ошалел, не видел куда ему плыть, от попавшей в глаза воды.

Витька знал, что кроме «как по-собачьи», плавать можно техникой брас, по морскому и на спине. Знать-то знал, но плавать не мог, сколько бы его не учила, придерживая за живот его мама. Он стыдился за свою бестолковость. Куда ни посмотри – он видел,– все тут умеют плавать. Как им это всем удалось? Может, в «лягушатниках» есть те, кто сегодня учится? Витьке захотелось взглянуть.

Придерживаясь за балясины лестницы, он боком, приседая на каждой ступени и нижнюю ступеньку нащупывая своей загорелой ногой, спустился на тротуарчик между Водной и берегом.

В «лягушатниках» было больше детей, чем в лесу муравьев. Как ни обидно признать, все они, даже девчонки, плавали лучше его, хотя и вдоль бортика, но тем не менее плавали, а не ходили по дну. В «лягушатниках» дно – из скользких, тиной покрытых досок. Витька узнал о них, когда испытал тот способ, каким выучился плавать Бобыль. Когда дед Бобыль был ребенком, его отец, которого теперь нет, взял с собою Бобыля в лодку, потом вдруг поднял за подмышки и кинул в воду. Бобыль так напугался тогда, что сразу поплыл. Несколько дней назад Витька решил прыгнуть с бортика в «лягушатник» – испугаться чтоб и поплыть. Он задержал дыхание, плюхнулся в воду – и утонул. Подошвами он коснулся склизкого дна, выпрямился во весь свой маленький рост и вытаращил глаза. Вода изнутри оказалась еще темней, чем выглядела снаружи, коричневой и только над головой делалась немного прозрачней. Витька растерялся – что ему делать дальше? Почему-то он не поплыл. Он поднял руку вверх, меряя, насколько он глубоко? Вдруг руку его сверху кто-то залапал и выдернул его на поверхность. Это оказался школьник с мокрым «ершиком» на макушке и с усмешкой во все лицо. Выведав у Витьки, в чем дело, он тут же начал орать: «Ребята, я мелкого спас! Смотрю, а в глубине ладонь! Я дернул – а это он!» Он требовал, чтоб Витька подтвердил, что он не врет. И Витька подтверждал, хоть сам и не уверен был, действительно его спасли или нет.

Оглянувшись, Витька заметил, что в колоннаду Водной с поляны вошла его мама. И Витька струсил, он вспомнил про рыбалку и про угрозы. Да что рыбалка! Если мама его увидит у берега, тогда уж точно подзатыльников не миновать. Но пока она на верху – и Витька что есть духу, стреканул домой по тротуару вдоль берега, стараясь не запнуться о бугры асфальта и трещины. Добежав до пристани, где качались на привязи лодки, он свернул от берега к дому, вбежал во двор, протопал между веревок с бельем и, совсем уже запыхавшись, забрался в доме в свою кровать. Покидав на стул рубашку, шорты, он отвернулся к стене, укрылся простыней, притворился спящим.

«Когда мама вернется, разъяренная, то увидит, что он давным-давно дома, даже успел уснуть. Не станет же она будить его, чтобы отшлепать?»– думал Витька, прислушиваясь. Он и правда начал задремывать и уже сквозь сон чувствовал, как мать подошла к нему и пощупала его лоб.

Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях.

Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Мы ждём Вас!

Похожие книги на "Сборник рассказов"

Книги похожие на "Сборник рассказов" читать онлайн или скачать бесплатно полные версии.

Все книги автора Александр Найдёнов

Александр Найдёнов - все книги автора в одном месте на сайте онлайн библиотеки LibFox.

Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Отзывы о "Александр Найдёнов - Сборник рассказов"

Отзывы читателей о книге "Сборник рассказов", комментарии и мнения людей о произведении.

Вы можете направить вашу жалобу на или заполнить форму обратной связи.

Источник:

www.libfox.ru

Александр Найденов Сборник рассказов скачать книгу fb2 txt бесплатно, читать текст онлайн, отзывы

Сборник рассказов

Приветствуем тебя, неведомый ценитель литературы. Если ты читаешь этот текст, то книга "Сборник рассказов" Найденов Александр небезосновательно привлекла твое внимание. Обращает на себя внимание то, насколько текст легко рифмуется с современностью и не имеет оттенков прошлого или будущего, ведь он актуален во все времена. Возникает желание посмотреть на себя, сопоставить себя с описываемыми событиями и ситуациями, охватить себя другим охватом - во всю даль и ширь души. В романе успешно осуществлена попытка связать события внешние с событиями внутренними, которые происходят внутри героев. Не остаются и без внимания сквозные образы, появляясь в разных местах текста они великолепно гармонируют с основной линией. Динамичный и живой язык повествования с невероятной скоростью приводит финалу и удивляет непредсказуемой развязкой. Загадка лежит на поверхности, а вот ключ к отгадке едва уловим, постоянно ускользает с появлением все новых и новых деталей. Замечательно то, что параллельно с сюжетом встречаются ноты сатиры, которые сгущают изображение порой даже до нелепости, и доводят образ до крайности. Яркие пейзажи, необъятные горизонты и насыщенные цвета - все это усиливает глубину восприятия и будоражит воображение. Благодаря уму, харизме, остроумию и благородности, моментально ощущаешь симпатию к главному герою и его спутнице. Динамика событий разворачивается постепенно, как и действия персонажей события соединены временной и причинной связями. "Сборник рассказов" Найденов Александр читать бесплатно онлайн безусловно стоит, здесь есть и прекрасный воплощенный замысел и награда для истинных ценителей этого жанра.

Добавить отзыв о книге "Сборник рассказов"

Источник:

readli.net

Житейские истории (Сборник рассказов), Сергей Кузнецов, Readr - читатель двадцать первого века

«Житейские истории (Сборник рассказов)», Сергей Кузнецов

Фантазия ре минор.

Все говорят: нет правды на земле.

Но правды нет - и выше. Для меня

Так это ясно, как простая гамма.

( АС Пушкин - "Маленькие трагедии")

Наверное, только тогда начинаешь понимать и ценить жизнь, когда каждое утро просыпаешься с мыслью о смерти. Чаще всего это происходит с людьми немолодыми, которые, вопреки времени, никак не могут смириться с состоянием старости и увядания. И хотя Николай Петрович не считал себя пожилым и говорил, что свое он еще не пожил, расцвет его сил был далеко позади, а впереди оставалось не так уж и много времени. Все чаще по ночам у него болело сердце, но еще чаще болела душа, и тогда он содрогался от неизбежности конца и впадал в долгие запои.

Однако в это утро Николай Петрович был далек от мыслей о смерти. Когда он открыл глаза, то увидел, что над ним нависло тяжелое грязно-зеленое пятно с мутными разводами, напоминающее объемное полотно халявного художника-абстракциониста, и в его одурманенную тягостным сном голову могла прийти только догадка о происхождении этого пятна на недавно побеленном потолке, и он подумал о соседях Пичугиных с верхнего этажа, у которых, видимо, снова прорвало трубу, что-то смутное и злое.

Раздавленный и жалкий, он пошарил рукой по крышке тумбочки в поисках привычной утренней сигареты, но нащупал лишь пустую коробку "Магны". Тогда он приподнялся и взял мятую жестяную банку из-под кофе, заменяющую пепельницу, пару раз встряхнул ее и выудил самый крупный окурок. Свесился с кровати, открыл дверцу тумбочки, нашел на полке мундштук из цветного стекла с мелкими трещинками, по-свойски продул, вставил найденный бычок и, откинувшись на подушку, закурил. Затягиваясь, он держал мундштук странным способом, прижав его большим желтым пальцем к ладони. На его правой руке не было двух пальцев. Среднего и указательного.

Вместе с вдыхаемым дымом возвращалась способность думать и чувствовать. Словно сработала сигнализация и в его мозг ворвалась боль, заставившая вспомнить то, что было вчера. На загаженном столе среди тарелок с остатками пищи лежала бутылка из мутного стекла и пустое горлышко ее, как пушечный ствол, было направлено на него. Он вспомнил, как накануне не удержался и стаканами выхлестал дорогой коньяк, который презентовал ему начальник и который он долго хранил, надеясь выпить не в гнетущем и жутком одиночестве, сидя за металлической дверью в своей тесной однокомнатной квартирке, а с кем-нибудь: или со случайным знакомым, отважившимся зайти к странноватому холостяку, или с женщиной, согласившейся остаться на ночь.

Сначала прерывистые, сигналы боли слились теперь в неумолкаемую пронзительную сирену. Он бросил курево и снова полез в тумбочку, достал упаковку "Понтала", распечатал и проглотил две капсулы, вспомнив навязчивую рекламу с импозантным мертвецом, встающим из шикарного дубового гроба и торжественно вещающим: "Наше лекарство поднимет даже мертвого!" "Ублюдки!"- прохрипел он и закашлялся. Когда кашель прошел, он затушил бычок и заставил себя подняться.

В это тоскливое субботнее утро, когда все мужчины нежились в постелях рядом с разомлевшими женами, он должен был собираться в командировку. И это было не впервой, потому что вот уже двенадцать лет он работал экспедитором в издательском предприятии "Воля". Снимая со спинки стула одежду, он натянул темно-серые брюки, надел уже несвежую белую рубашку и босыми ногами прошаркал в ванную комнату, где перед крапленым зубной пастой зеркалом затянул вокруг шеи черный галстук с серебристыми розами.

Землистого цвета лицо, отразившееся в зеркале, напомнило ему маску вампира в недавно увиденном фильме ужасов. Жиденькие черные усики казались приклеенными, а седеющие волосы на голове торчали во все стороны, и даже после того, как он их причесал, выглядели так, будто их подстригли тупыми ножницами. Он провел рукой по ощетинившемуся подбородку, но бриться не стал, решив, что в этой поездке ему не обязательно иметь представительный вид, ведь требуется всего-навсего передать в типографию оригинал-макет новой книги Шопенгауэра.

Заглянув в холодильник, он не обнаружил в нем ничего съедобного, кроме куска заплесневелого сыра. Он вырвал вилку из розетки и отшвырнул в сторону. Вспомнив что-то нехорошее, матюгнулся и начал складывать вещи. В потертый коричневый портфель, побывавший во многих городах экс-СССР, он бросил кипятильник, пачку чая, белую эмалевую кружку, заранее собранный туалетный набор и книгу Дэвида Вэйса "Убийство Моцарта". Сел на кровать и выпил стакан воды. Проверил, не забыл ли взять папку с бумагами. Надел туфли, накинул пальто и, не застегиваясь, вышел из квартиры, лязгнув на весь подъезд дверью.

Спускаясь по лестнице, он почему-то вспомнил предпоследнюю поездку в Уфу, беспокойную ночь в спальном вагоне у вокзала в одном купе с алкашами, запах блевотины и дешевого красного вина, тревожное и серое смутное утро, мокрый снег на неумытом лице, сизое и сырое небо, грязную дорогу с мчащимся КРАЗом, груженым строительными балками, сбитое на обочину обезглавленное тело мужчины в черном пальто и его голову, хрустнувшую под колесами прицепа. Ощущение неустроенности сменилось тогда состоянием обреченности, в котором он пребывал и теперь.

Стоя на остановке, он вспомнил про деньги, и из опасения, что может не хватить на обратную дорогу, вынул из внутреннего кармана пальто потрепанный дистрофический бумажник и принялся считать рубли. "Скоко щас времени, а?"- спросил кто-то. Обращались явно к нему. Какой-то прыщавый вечнозеленый подросток. "Десять-пятьсот. Ой, пол-одиннадцатого!"поправился он. "Я понял, понял",- прыснул юнец и поспешно отошел в сторону. Николай Петрович стыдливо спрятал бумажник и подумал: "А ведь точно, наглость - второе счастье. " А парень показывал на него пальцем своей девчушке в косухе с затянутым почти до упора поясом: "Смотри! Смотри! Вон тот лоховоз! Вишь?"

В автобусе он по обыкновению рассматривал объявления и надписи в салоне и думал об упадке культуры. Нет, ну что это такое, в самом деле? "Не высовывайте из окон!" "Менты продаются по пять-десять штук и более без сдачи." И объявление: "Лечим болезни органов." Каких? Как глупо и пошло! Неужто это могли сделать нормальные люди?

На вокзале он первым делом купил бутылку пива "Балтика" и тут же, прямо из горлышка, несколькими глотками осушил ее и уже хотел было кинуть "чебурашку" в урну с надписью "ТОО Прана", как подскочил грязнолицый старик в ушанке с котомкой и выхватил бутылку из руки. Несчастное создание, подумал Николай Петрович и вздохнул.

После этого он пошел в кассу и купил билет на первый проходящий поезд. "Не поняла! До Мухинска и обратно?"раздраженно кричала кассирша. "Только туда!"- отвечал он.

Пройдя по рядам торговок, Николай Петрович купил нехитрый провиант в дорогу: булку хлеба, салями, пару банок "шпротов" и пучок зеленого лука. Когда он подошел к световому табло, объявили номер пути, на который пребывал его поезд. Он подошел к вагону первым, опередив группу баб с тележками в красных руках. Объемная проводница повела носом, почувствовав запах пива, недовольно посмотрел на него и взяла билет с паспортом. Сличив фамилию "Чернов" на билете с фамилией в паспорте, толстуха вернула документы со словами "Будете пить - высадим!" Во втором купе он нашел свободное место на верхней полке и повесил пальто, спиной чувствуя оценивающие взгляды.

Источник:

readr.su

Читать бесплатно книгу Сборник рассказов, Александр Найдёнов

Сборник рассказов

Витька вспоминал, все ли у них с дедом приготовлено для рыбалки? Есть малинка, черви и хлебный мякиш. Нету комаров, козявок и матарашек. Нету мормышей. Мормышей в поселке и не добыть, они водятся далеко, в верховьях пруда, на нападавших в воду ветках.

Витька спрыгнул с лавки, пошел к двери, засопел там, надевая кроссовки.

– Ты куда собрался?– крикнула ему с кухни мать.

– Матарашек иду ловить!– крикнул ей в ответ Витька, или может, он и не крикнул, просто звонкий голос такой у него.

– К берегу не подходи! Понял?!

– Понял!– натужно ответил Витька, спиной отворяя толстую тяжелую дверь.

В сенках маленькое окошко освещало только стену напротив. От полумрака в углах делалось жутко. Если бы не бык на стене, если бы не шум с Водной станции, Витька ни за что б не отважился тут бывать в одиночку. Как ни подмывало его скорей убежать отсюда, но не мог он не погладить быка – ведь тому в сенях тоже одиноко и страшно. Витька жалел его как живого, хоть этот бык – всего-навсего мазок бурой краски с потеками, кем-то ляпнутый кистью на стену. Стекшие капли засохли, будто тонкие ноги. Сколько их было, ног, Витька не знал, потому что считать не умел, да и неважно это было ему. Ладонью проведя по спине и холке быка, Витька ухватился за железную щеколду и потянул на себя наружную дверь.

Сощурясь от солнца, он перешагнул за порог, в душный июльский воздух. Во дворе баба Шура весила на веревку белье. Чтоб она не подумала, что ее внук отправился куда-то шалить и не задержала его, Витька пошел медленно. Идти медленно гораздо тяжелей, чем бежать.

– Ты куда это, дружок?– все равно окликнула бабушка.

– Матарашек иду ловить!

– К берегу чтоб – ни-ни! А то – никакой рыбалки!

– Ладно!– ответил Витька, скрываясь, наконец, за воротами.

Дом, в котором они живут, двухэтажный, длинный, из серых толстенных бревен, называется он – барак. Кроме Витьки с его семьей, обитает в нем много бабушек. Эти окна – там баба Вера, а над ней, в комнате наверху, Лаптева баба Валя; сбоку от нее, за стеной – Сорокина, звать ее баба Клава. Дальше – баба Люда и баба Оля. Через окна в доме бабушки все замечают и всегда все знают про Витьку. Дедушек же у него всего ничего, их лишь двое: деда Паша – муж бабы Шуры, да в комнате на углу Соколов. Он – Бобыль. Только Витьке наказали строго-настрого, чтобы Бобылем его он не звал. Витька называет его дедом. Дедом просто – и все.

Витька шел, шел вдоль дома – и не выдержал, побежал, чтоб скорее его пройти. Миновав дом, он взбежал на пригорок, где дуплистый тополь, огромный, почти до неба, и за тополем свернул вправо, на поляну у Водной станции. Эта поляна вся, за исключением узкой дорожки, поросла густою травой. Витька двинулся в траву с опаской, чтоб крапивой не изжалить голые руки и ноги – и лопухи, точно зеленые зонтики, сомкнулись над его головой. Здесь, под лопухами в траве много всякой живности, мух, комаров,– нужно только выследить и поймать, а в кармане у Витьки есть спичечный коробок, который ему надо наполнить.

Матарашки, как всегда в теплый день, затеяли свои танцы – то взлетая ввысь, то припадая к земле. Матарашки – словно маленькие стрекозы, только на конце хвоста у каждой из них болтается по два волоска. Матарашек удобнее ловить кепкой, если орудовать ей точно сачком. Витька крался по поляне и взмахивал кепкой, и не сразу, но все-таки зачерпнул одну матарашку. Он осторожно, чтобы не надломить ее трепетавшие крылья, протиснул ее в щелочку коробка, снова слушал коробок ухом – и опять не разобрал ничего. Звуки заглушал шум с Водной станции, потому что станция – вот уж, рядом.

Желтый, обшитый досками, дом Водной станции со стороны поляны был невысок, но другая его стена, обращенная к пруду, спускалась до самого берега крутыми ступенями трибуны, огромной, во весь фасад здания. Водную окольцовывала крытая колоннада.

Витька сомневался один лишь миг – и припустил в колоннаду, чтобы посмотреть пруд. К берегу он не приблизится – нашел он для себя оправдание. Не поляне не осталось ни души, а впереди, на трибуне, загорала толпа народу. Витька, смяв козырек фуражки, уткнулся лбом в деревянную решетку перил – чтоб рассматривать отдыхающих. Нескольких из них он узнал. Тот вон, с мускулистой спиной, веселый – это Софа. Его боятся даже взрослые. Витька помнит, ему рассказывали, что Софа когда-то дрался и побил тут взрослого мужика! Софа – не имя его, кликуха. А теперь вот Софа как ни в чем не бывало, расселся на ступени и пересмехается с девками. Девки же хохочут, зубоскалят так, словно он им совсем не страшен. Или просто они не знают, что он смог побить мужика?

Пруд блестел от солнца чешуею крупной волны, и нигде не видно было рыбачьих лодок. Может, там, за Белым камнем, в заливах, где волна наверно слабее, кто-то с удочкой и рыбалит, но отсюда не разглядеть.

Над Водной станцией, над дальним берегом, стояли в небе пацаны, забравшиеся на вышку. Один из них, на вид не меньше, чем пятиклассник, собрался с нее нырять. Он медлил там, на самом краю, готовился, смотрел вниз. В воде под вышкой – обрыв, ужасная глубина. И парень не решился, он отступил, придвинулся, держась за поручни, поближе к друзьям. И что-то говорил им, смеялся – как будто он ничуточки и не струсил. Потом неторопливо закатывал штанины на черных своих трусах, изображал, что замешка вся из-за них – надо, чтоб были плавки. Затем он вернулся к краю, еще помедлил – и наконец шагнул. Склонив лицо вперед, он глядел на воду под собой все время, покуда падал. Он так и воткнулся в волны – ступнями, грудью и наклоненным лицом,– исчез, провалился в пруд, выбив оттуда брызги. Но вот он появился опять, руками барахтая по-собачьи. Похоже, он ошалел, не видел куда ему плыть, от попавшей в глаза воды.

Витька знал, что кроме «как по-собачьи», плавать можно техникой брас, по морскому и на спине. Знать-то знал, но плавать не мог, сколько бы его не учила, придерживая за живот его мама. Он стыдился за свою бестолковость. Куда ни посмотри – он видел,– все тут умеют плавать. Как им это всем удалось? Может, в «лягушатниках» есть те, кто сегодня учится? Витьке захотелось взглянуть.

Придерживаясь за балясины лестницы, он боком, приседая на каждой ступени и нижнюю ступеньку нащупывая своей загорелой ногой, спустился на тротуарчик между Водной и берегом.

В «лягушатниках» было больше детей, чем в лесу муравьев. Как ни обидно признать, все они, даже девчонки, плавали лучше его, хотя и вдоль бортика, но тем не менее плавали, а не ходили по дну. В «лягушатниках» дно – из скользких, тиной покрытых досок. Витька узнал о них, когда испытал тот способ, каким выучился плавать Бобыль. Когда дед Бобыль был ребенком, его отец, которого теперь нет, взял с собою Бобыля в лодку, потом вдруг поднял за подмышки и кинул в воду. Бобыль так напугался тогда, что сразу поплыл. Несколько дней назад Витька решил прыгнуть с бортика в «лягушатник» – испугаться чтоб и поплыть. Он задержал дыхание, плюхнулся в воду – и утонул. Подошвами он коснулся склизкого дна, выпрямился во весь свой маленький рост и вытаращил глаза. Вода изнутри оказалась еще темней, чем выглядела снаружи, коричневой и только над головой делалась немного прозрачней. Витька растерялся – что ему делать дальше? Почему-то он не поплыл. Он поднял руку вверх, меряя, насколько он глубоко? Вдруг руку его сверху кто-то залапал и выдернул его на поверхность. Это оказался школьник с мокрым «ершиком» на макушке и с усмешкой во все лицо. Выведав у Витьки, в чем дело, он тут же начал орать: «Ребята, я мелкого спас! Смотрю, а в глубине ладонь! Я дернул – а это он!» Он требовал, чтоб Витька подтвердил, что он не врет. И Витька подтверждал, хоть сам и не уверен был, действительно его спасли или нет.

Оглянувшись, Витька заметил, что в колоннаду Водной с поляны вошла его мама. И Витька струсил, он вспомнил про рыбалку и про угрозы. Да что рыбалка! Если мама его увидит у берега, тогда уж точно подзатыльников не миновать. Но пока она на верху – и Витька что есть духу, стреканул домой по тротуару вдоль берега, стараясь не запнуться о бугры асфальта и трещины. Добежав до пристани, где качались на привязи лодки, он свернул от берега к дому, вбежал во двор, протопал между веревок с бельем и, совсем уже запыхавшись, забрался в доме в свою кровать. Покидав на стул рубашку, шорты, он отвернулся к стене, укрылся простыней, притворился спящим.

«Когда мама вернется, разъяренная, то увидит, что он давным-давно дома, даже успел уснуть. Не станет же она будить его, чтобы отшлепать?»– думал Витька, прислушиваясь. Он и правда начал задремывать и уже сквозь сон чувствовал, как мать подошла к нему и пощупала его лоб.

Еще не светало, когда дед Бобыль в резиновых сапогах утром пошел к причалу. Углы дома он обходил подальше, потому что нес на плече весла и два кола, многометровых, вибрирующих на каждом шагу, в другой руке он держал ведро с рыболовным скарбом.

На причале дед деловито, не торопясь, воткнул весла в уключины лодки, завел колья толстыми, околоченными жестью концами под переднее сиденье и тонкими их концами при этом взбултыхнул воду за кормой в зеркальном пруду.

Вторым рейсом дед притащил из дома, сутулясь, лодочный мотор и бачок. Он привинтил мотор на корме, подкачал через шланг бензина из бака и отправился снова к дому, но пошел не к себе, а в ворота за Витькой.

Витьку уже вынесла, тепло одетого, его бабушка и передала, сонного, с рук на руки Бобылю. Витька отодвинул свое лицо от дедовой колючей щеки и притих у него на плече. Он не проснулся, когда Бобыль понес его к пруду, и когда укладывал в лодку, на ватник, постеленный в носу между кольями. Не проснулся, когда загудел мотор и лодка, ускоряясь, тронулась от причала. Разбудили его влажная свежесть и чувство полета, когда лодка от скорости подняла над водою нос. Витька шевельнулся, увидел деда, управляющего мотором и за дедом на пруду след от лодки, расширяющийся назад. Он увидел сквозь проясневший воздух, подбеленный туманом, игрушечную вышку на берегу и Водную станцию, и крохотный отчий дом.

«Лежи!– перекрикивая встречный поток, скомандовал дед.– Не возись! А то выпадешь!»

Витька знал сам, что в дороге надо лежать, он и не пытался подняться. Лежать на ватнике так приятно! Мотор все гнал лодку вперед, вперед. Задирался нос лодки кверху. Мягко хлопала вода под затылком. Небо было чуть розоватым, нежным и очень чистым. Витька опять уснул.

Он проснулся от тишины. Ему показалось, тишина наступила внезапно, но когда он сел на фуфайке и осмотрелся, понял, что приплыли они давно: дед уже воткнул один кол и теперь балансировал, стоя в лодке, с другим. Он погрузил окованный, заостренный конец кола, перехватывая ладонями, затолкнул вертикально в воду весь кол, осталась только тоненькая вершина. Дед, держась за вершину, с размаху вонзил кол в дно и привязал вершину к лодке кожаным ремешком. Потом уселся на сиденье, начал вынимать из ведра прикормку для рыб и удочки.

Витька постарался определить, далеко ли они уплыли, он увидел на берегу скалу, поросшую лесом и сообразил, что далеко, почти что до самой речки.

Дед утопил на жилке в пруд кормушку с перловой кашей, несколько раз резко взмахнул вверх рукой, чтобы открылась крышка, затем смотал жилку – и кормушку с болтающейся крышкой достал. Начал приготавливать удочки.

На рабалке дед неизменно размещался на средней скамейке, здесь ему удобнее раскладывать удочки: он рыбачил всегда тремя, укладывая их рукояти на весло, извлеченное из уключины. А у Витьки удочка лишь одна, и поэтому Витька не ложит, а всегда ее держит в руках. Но зато она красная и красивая, легенькая, пластмассовая, ее подарила мама. А от папы подарков у Витьки нет, про него в семье говорили, что он удрал. Рыбачит Витька всегда в корме, где ему можно опираться спиной о мотор.

Под внимательным взглядом деда Витька перебрался из носа лодки на свое законное место в корму, усевшись, он протянул Бобылю коробок и сказал: «Дед, ты мне прицепи матарашку. Осторожно. Там комар. Улетит».

Дед зажал пальцами блесну от Витькиной удочки, сдвинул крышку у коробка и достал из него матарашку.

– А комара там и нуту,– вымолвил дед.

Витька не понимал, куда его комар делся? Из коробка он не вылетел – Витька б заметил: он следил за руками деда. Витька закрутил головой. Над прудом пролетали кое-где комары, в отдалении от лодки – значит, это были другие. Он едва не заревел как девчонка, но сдержался, лишь пошмыгал немного носом.

Дед воткнул крючок в живот матарашке. Утром матарашка почти что не трепыхалась, она лапками обхватила железо блесны и тело ее согнулось по форме крючка. Дед откинул блесну с матарашкой в воду и отдал удочку Витьке.

Витька знал, как рыбачить – надо дождаться, когда блесна прикоснется дна, жилка вся при этом распутается, потом удочку медленно поднимать и потряхивать, чтобы подманить рыбу.

Бобыль как всегда поймал первым. Он подсек и стремительно за жилку извлек из воды блестящего, гнущего хвостом окунька. Зачерпнув из пруда воду ведром, дед пустил окунька в ведро и ведро это поставил поближе к Витьке. Когда Витька был маленьким, то на этом вся его рыбалка заканчивалась, все оставшееся время он следил за рыбой в ведре. Но теперь он вырос – ему хотелось что-нибудь поймать самому. Двигать удочкой вверх и вниз, предвкушая, как дернется ниппель, являлось наслажденьем для Витьки. Впрочем, у него не клевало, а Бобыль успел поймать чебака.

– Ты проверь. Вдруг там жало? Рыба с жалом на крючок не клюет, она видит,– посоветовал ему дед, надевая на блесну хлебный мякиш.

На рыбалке Витька с дедом обычно молчали, чтобы не пугать рыб, только им и молча было нескучно.

Витька стал вытаскивать блесну, она еще кружилась в воде, а он уж заметил, что крючок совершенно пуст, матарашка его исчезла: должно быть, ее сдернула рыба. Дед насадил ему червяка. Едва успел крючок утонуть, как ниппель на удочке дернулся, Витька, не чувствуя рук от волнения, выронил удочку в лодку и, перепутав всю жилку, вытащил рыбку на борт. Дед перехватил у него рыбешку, чтобы она не сорвалась. Это тоже был окунь, меньше дедова, но очень красивый.

– Молодец! будет Ваське твоему еда!– похвалил Бобыль Витьку, опуская в ведро окунька. Окунек начал плавать в ведре кругами и обнюхивать стенки, на других рыб он внимания не обращал, также как и они на него. Витька его разглядывал и совсем перестал рыбачить.

Утреннее нежаркое солнце поднялось уже высоко, потянулись по пруду полосы мелкой ряби от подувшего ветерка.

– Что ты? Замерз?– спросил дед, увидев, что Витька вздрагивает.

– Да. Разведи костер.

Дед охотно собрал удочки, отвязал лодку от кольев и, оставив их торчать из воды, погреб на веслах к ближайшему берегу. Разводить костры он любил. Витька, сидел на корме лицом к Бобылю, смотрел, как Бобыль гребет, ритмично откидываясь назад и упираясь сапогами в дно лодки. Когда Бобыль на веслах, Витьке разрешалось в корме держаться за рукоятку мотора. Только держаться, но не крутить ее. И поворачивать за рукоятку мотор тоже ему нельзя. Потому что мотор у них самый лучший, называется он «Москва», дед говорит, что в нем десять сил. Есть в поселке у мужиков другие моторы: «Ветерок», «Вихрь», дед говорит, что они мощней, но Витька ему не верит. Как поверить этому, если дед на своем моторе обгоняет на пруду всех подряд? На соревнованиях в День моряка, когда гоняются моторные лодки, дед всегда приходит к финишу первым. Один раз он получил в награду гитару, а в другой раз часы. Но гитару Витька разбил, когда уронил с гвоздя, и теперь она не играет.

– Дед, как тебя научили плавать?– после долгого молчания вымолвил Витька.

– Я тебе уже… сто раз.. говорил…– отмахивая веслами путь, ответил Бобыль и рассказывать не стал, вместо этого оглянулся, посмотрел, куда направляться. Оставалось несколько гребков. Лодка бесшумно уткнулась в берег, в самую траву. Бобыль встал и шагнул на сушу ловко – даже не смочил ног. Он приподнял лодку за нос и потащил из воды, чтобы днище легло в песок, а потом на всякий случай обкрутил цепочку вокруг ближайшего кустика. Витька, подражая деду, тоже прыгнул на траву. Они принялись бродить возле берега, подбирать упавшие ветки. Под деревьями кое-где еще сверкала роса. Как всегда в лесу тишина казалась торжественной, от нее щемило в груди.

Для костра Бобылем ценились хвойные ветки с красными иглами. Им сегодня повезло отыскать таких целое деревце, рухнувшее, засохшее. Бобыль топал по нему сапогом, отламывая сучки, Витька таскал их к берегу. Когда накопилась куча, дед подошел и встал перед ней на колени, начал мудрить, обдирая иглы в щепоточку. Ему хотелось, чтоб костер заполыхал с первой спички, и еще хотелось, чтобы Витька это увидел. И он, правда, с первой спички зажег, а потом отсел от веток, набирающихся жаром, на покатый, серый камень-гранит.

Витька согрелся еще, когда бегал по берегу, но подсел поближе к костру, на ворох запасных веток – чтобы смотреть на пламя, на уносящиеся от сучьев и исчезающие в воздухе длинные и короткие языки.

– Он, главное, бросил меня. Смотрит – и молчит. Я ору. Он молчит,– вдруг произнес Бобыль, следуя своим мыслям. Витька удивленно воззрился на него сквозь огонь, разглядел знакомые косматые брови, блестящие глаза, устремленные на костер, красное, морщинистое лицо.

Бобыль умолк, уставясь на пламя, словно оттуда, а не от Витьки ждал он ответа.

Но ответа, конечно, не было. Чтоб его получить, ему нужно было уметь заглядывать в пламя далеко-далеко, сквозь много и много лет.

Такое же было лето, только август, а не июль, и тогда, в этом августе, участковый инспектор Новиков конвоировал к бараку у Водной станции одного допризывника. Парнишка рост имел невысокий, но зато был строен, широк в плечах и, хотя волок на спине котомку, все равно шагал резво, чтобы от участкового не отстать. Всю дорогу они молчали, лишь поглядывали оба, насупившись, на встречных ребятишек и баб.

Подойдя к бараку, Новиков спросил допризывника, которые его окна и, узнав, принялся барабанить в наличники, требуя отворить. Наконец он понял, что ему не откроют, направился к двери, но она распахнулась и навстречу ему из дома выскочила девчонка приблизительно лет пяти.

– Стой! Ты кто? Как тебя зовут?– спросил Новиков, постаравшись не напугать.

Девчонка встала как вкопанная.

– Оля,– ответила она еле слышно.

– Старшие дома есть?

– Позови сюда,– приказал участковый, не желая со свежего воздуха заходить в вонючие коридоры.

Девчонка шмыгнула в дверь, мелькнув босыми ногами. Спустя минуту она вернулась, скрываясь позади другой девчушки, чуть постарше ее, лет семи.

– Вот так взрослые!– вымолвил участковый.– Звать-то как тебя?– спросил он у старшей.

– Люда,– промолвила та, почти также тихо, как первая.

– Сестры что ли вы?

Обе маленькие сестры во все глаза смотрели на Новикова, запрокинув назад свои белокурые головки с косичками, увлекло их не лицо его, а военная фуражка с лакированным козырьком, да петлицы и железные пуговицы на гимнастерке, и еще ремень со звездой.

– Ладно, сестры, ведите в дом, разберемся сейчас, кто там есть,– распорядился участковый, и вчетвером они вошли в коридор.

Тут действительно пахло кошкой. Внутри дома выяснилось, что квартир на этаже пять.

– Которая ваша? Эта?– спросил он у пацана и застучал кулаком по дощатой, коричневой двери.

– Нету никого, говорю ведь. Я бы сам дошел,– проворчал ему паренек.– На заводе мамка, в дневную смену.

– Мы уж как-нибудь без сопливых.

Из соседней двери на шум выглянула черноволосая кудрявая женщина с миловидным лицом.

– О!– воскликнул Новиков,– Вот и старшие! Знаете его?– спросил он, кивнув пальцем в сторону допризывника.

– Мы не знакомы, нет,– удивила ответом женщина, впрочем, сразу же пояснила: Мы всего тут первый день, прямо с поезда. Мы из Белоруссии, беженцы,– она старалась говорить ласково, а в глазах была настороженность.

– Во-о-на что!– в растяжку произнес участковый и выровнял фуражку по линии носа,– Документики есть у вас? Предъявите-ка для проверки.

– Есть, конечно. Как же без документов? Вы бы в комнату прошли. Проходите. Я сейчас их вам предъявлю. Не снимайте обуви, тут не мыто.

Зря она беспокоилась, Новиков и не думал снимать свои яловые, надраенные до блеска, военные сапоги.

В комнатушке на два окна обнаружилось, что гражданка прибыла не одна. При появлении милиционера вскочил с железной кровати юнец и представлен был сыном, Осипом. Прежде чем читать поданные ему справки и паспорта, Новиков оглянулся и скомандовал двум девчонкам:

– Ну-ка, сестры, кругом! Шагом марш! Тут без вас тесно.

Прогнав малышек, он уселся на табурет и занялся чтением.

– Значит, из-под Минска вы?

– Из-под Менска,– подтвердила женщина.

– И с завода, значит, вы А-504. – переспрашивал Новиков то, что узнавал из бумаг.– Осип, говорите, а по паспорту он Иосиф. Это как понять?

– Да Иосиф, Осип. Мы уже так привыкли с сыном промеж собой, чтоб короче – Осипом, да и все,– оживленно ответила женщина, стараясь показаться веселее, чем на самом деле была. Она знала, что мужчины снисходительнее к веселым.

– Предположим, пусть будет так,– сказал инспектор, пристально уставясь на хорошенькую смуглянку.– Вы кем на заводе этом работаете, который эвакуирован?

При использовании книги "Сборник рассказов" автора Александр Найдёнов активная ссылка вида: читать книгу Сборник рассказов обязательна.

Поделиться ссылкой на выделенное

Нажмите правой клавишей мыши и выберите «Копировать ссылку»

Источник:

bookz.ru

Александр Найдёнов Сборник рассказов в городе Набережные Челны

В данном интернет каталоге вы можете найти Александр Найдёнов Сборник рассказов по разумной стоимости, сравнить цены, а также изучить другие предложения в группе товаров Художественная литература. Ознакомиться с параметрами, ценами и рецензиями товара. Доставка товара может производится в любой населённый пункт РФ, например: Набережные Челны, Калининград, Уфа.