Каталог книг

Флоренский, Павел Александрович Из истории античной философии

Перейти в магазин

Сравнить цены

Описание

В настоящее издание вошли лекции по истории античной философии, прочитанные П.А. Флоренским в Московской духовной академии в 1908—1910 гг. Они приводятся с более поздними дополнениями автора. В книге также содержатся многочисленные рисунки Флоренского, иллюстрирующие теоретический материал, и приложения, составленные по архивным рукописям П.А. Флоренского специально для настоящего издания. Все это дает представление об историко-философской концепции Флоренского, позволяя увидеть с новых сторон развитие античной философской мысли и ее восприятие в русской интеллектуальной традиции начала XX столетия. Книга может быть рекомендована философам, культурологам, религиоведам, а также всем тем, кто интересуется историей человеческой мысли.

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Флоренский П. (сост.) Павел Александрович Флоренский. Диалог со временем. Свет фаворский. Поэтика судьбы Флоренский П. (сост.) Павел Александрович Флоренский. Диалог со временем. Свет фаворский. Поэтика судьбы 528 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Павел Флоренский Автореферат. Троице-Сергиева Лавра и Россия. Иконостас. Имена. Метафизика имен в историческом освещении. Имя и личность. Предполагаемое государственное устройство в будущем Павел Флоренский Автореферат. Троице-Сергиева Лавра и Россия. Иконостас. Имена. Метафизика имен в историческом освещении. Имя и личность. Предполагаемое государственное устройство в будущем 149 р. litres.ru В магазин >>
Флоренский П. Обретая путь. Павел Флоренский в университетские годы. В двух томах. Том II Флоренский П. Обретая путь. Павел Флоренский в университетские годы. В двух томах. Том II 758 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Виктор Александрович Светлов Основы философии 2-е изд., пер. и доп. Учебное пособие для СПО Виктор Александрович Светлов Основы философии 2-е изд., пер. и доп. Учебное пособие для СПО 729 р. litres.ru В магазин >>
История античной философии. Учебное пособие История античной философии. Учебное пособие 1029 р. ozon.ru В магазин >>
Евгений Александрович Бобров Этюды по истории древней философии Евгений Александрович Бобров Этюды по истории древней философии 0 р. litres.ru В магазин >>
Евгений Александрович Бобров Этюды по истории древней философии Евгений Александрович Бобров Этюды по истории древней философии 0 р. litres.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

ЕРМИШИН О

СВЯЩЕННИК ПАВЕЛ ФЛОРЕНСКИЙ КАК ИСТОРИК АНТИЧНОЙ ФИЛОСОФИИ ЕРМИШИН О.Т.

В 2003 г. в журнале «Философские науки» (начиная с № 7) началась публикация лекционного курса свящ. Павла Флоренского «Введение в историю античной философии»; последняя лекция вошла в состав № 5 за 2004 г. А в 2004 (№ 10) – 2005 (№ 4) гг. был опубликован его же курс «Первые шаги философии». Теперь, когда лекции, прочитанные Флоренским во время 1908/1909 учебного года в МДА, стали доступны читателям и исследователям, наступило время их осмысления, более глубокого понимания как c точки зрения современности, так и с учетом перспективы развития философской науки.

Прежде всего следует разобраться, на какие материалы при подготовке своих лекционных курсов опирался Флоренский. Ответ на этот вопрос можно найти в списке использованной им литературы, в котором указаны такие сочинения, как «Курс истории древней философии» и «Этюды по истории греческой религии» профессора Московского университета С.Н. Трубецкого, «Очерки по истории религий» и «Греческая религия» профессора МДА С.С. Глаголева. К рассмотрению вопроса о влиянии Трубецкого на Флоренского я уже обращался в своей монографии «Русская историко-философская мысль» (М.: Гуманитарий, 2004). Влияние же, оказанное на философа как творчеством Глаголева, так и всей историко-философской традицией МДА, безусловно, заслуживает отдельного исследования. В настоящей работе мы попытаемся отметить только основные особенности того метода, который применяет Флоренский в лекциях по античной философии.

Поскольку сам о. Павел в предисловии к «Первым шагам философии» пишет о синтезе религиозных и историко-философских данных, постольку особого внимания заслуживает применяемый им методологический подход к осмыслению феномена религии и пониманию роли последнего в контексте философии. Цель Флоренского в курсе «Первые шаги философии» — понять античную религию, миф, культ как особую духовную реальность, в которой жили и мыслили древние греки. В античном миросозерцании миф имел множество смыслов и значений, с которыми и стремился разобраться Флоренский. Сначала он подробно рассматривал различные археологические находки, а затем анализировал их символическое значение. По его мнению, мифологические элементы доисторической религии легли в основу греческой философии, на что указывает как общеисторическое развитие символов, так и то, что живописные и пластические сюжеты порождали мифы, а не являлись их точным отражением.

Для объяснения мифологическо-символической эволюции Флоренский предложил понятие «стихия». Поскольку древний мир не знал понятия личности, постольку мифология и религия, а затем и философия были связаны со стихией божественного и человеческого. Ссылаясь на мнение С. Трубецкого, П. Флоренский подчеркивал, что для древних не существовало духовных атомов, индивидуумов и что для них была характерна лишь «иллюзия» личностей. Он писал: «Безликое-безличное божественное являло себя в разных ликах — то в одних, то в других»1. Поэтому в доисторической религии боги, прежде чем составить классический «олимпийский пантеон» Гомера, видоизменялись и обретали новые обличья.

Для понимания религиозных символов Флоренский применил сравнительный метод, считая его лучшим способом «установить идейное содержание символов»2. Например, посредством сравнений Флоренский показал, что двойной топор (лабрус) — это символ грома и власти Зевса над громом, розетка на лбу быка — знак солнца, который впоследствии приобрел форму креста или свастики. Все религиозные символы относились к культу божественной стихии, которая в одних случаях принимала образ Зевса, а в других — Посейдона.

По мнению Флоренского, идея Посейдона имела не отвлеченный, а жизненно-практический смысл, поскольку для древних ионийцев вся жизнь была «обрядом, сплошным священнодействием». Фалес же, задав метафизический вопрос о сущности божественного начала (о сущности Посейдона) и отвечая на него, вышел на качественно новый уровень, который оказался недоступен его современникам. Иначе говоря, Фалес совершил своеобразный переход от религии к философии, к философскому пониманию религиозного культа.

Стоит отметить, что Флоренский дает интересную характеристику того противоречивого положения, в котором оказывается философ, выдвигающий некую идею, относящуюся к сфере отвлеченной мысли. По его мнению, философ всегда консервативен, он не ищет нового, а стремится запечатлеть в слове созерцаемую им действительность. Однако в рамках самого мыслительного акта философ оказывается увлеченным движением мысли к чему-то новому. Фалес, дав определение божественному (оно, по его словам, «не имеет ни начала, ни конца»), тем самым возвысил божественное «архэ» как «мир горний» и «первоверховное» над всем бытием.

Однако, как заметил Флоренский, у Фалеса безначальность божественного не мыслилась абсолютной. Флоренский подчеркивал, что «абсолютности нет в мифологическом сознании», в нем все условно. Поэтому в мифологической сфере осуществляется поиск новых ступеней, ведущих в мир горний. В мифологическом сознании «идеал подменяется идолом, бесконечное — конечным». Таким образом, мифология, а затем и античная философия безуспешно ищут идеал и не находят его. В результате в противоречии, возникшем между двумя идеями — идеей абсолютного и идеей конечного, в антиномизме последних Флоренский видел трагедию античной философии. Для античных философов была характерна идея абсолютного, однако применялась она к конечному, получая при этом лишь все более утонченную логическую разработку. Таким образом, по мысли Флоренского, античная философия, начиная с Фалеса и кончая поздним неоплатонизмом, вела к Богу, но «переломным, надрывным путем».

Флоренский, благодаря использованию историко-философского метода, названному им самим «микрологией мысли», выделяет различные детали и факты и дает им свою интерпретацию, что позволяет ему обнаружить совершенно новые перспективы в изучении античной философии и значительно продвинуться в ее религиозно-философском понимании. Кроме аналитики, в качестве одной из составляющих метода Флоренского можно признать и упоминаемый им в связи с Фалесом «своеобразный интеллектуальный экстаз», объединяющий мыслителя и предмет его созерцания. Именно наличием этого экстаза, обеспечивающего проникновение в сущность вещей, Флоренский объяснял переход Фалеса от мифологемы Посейдона к философеме воды, в которой «дано слитно чувственное и сверхчувственное, физическое и метафизическое, всеобщее и единичное».

С методологической точки зрения, взгляды Флоренского как историка античной философии по-прежнему остаются актуальными для современных историко-философских исследований, поскольку его «микрология мысли» не приводит к догматизму, к отвлеченным и логически законченным схемам; она принципиально антидогматична и придает новые импульсы дальнейшему творческому исследованию античной философии.

Далее следует разобраться с вопросом о «концептуальности» Флоренского, с особенностями применявшейся им религиозно-философской интерпретации. В данном случае большую помощь может оказать сравнительный анализ его позиции и других современных концепций античной философии. Как представляется, наиболее подходящий для подобного анализа пример — концепция выдающегося ученого и знатока античности, современника Флоренского, создателя знаменитой многотомной «Истории античной эстетики» А.Ф. Лосева (1893–1988).

По отношению к русской историко-философской традиции Лосев занимает двойственное положение. С одной стороны, в ранней работе «Эрос у Платона» (1916) исследователь напрямую увязывал свою точку зрения с идеями В.С. Соловьева («Жизненная драма Платона») и Е.Н. Трубецкого («Социальная утопия Платона»), считая идеалом «религиозное оправдание Эроса». С другой стороны, отталкиваясь от русской историко-философской традиции, в работах 20-х годов Лосев выходит за ее границы и провозглашает основной идеей диалектику, которая «занята чисто логической конструкцией вещи» и «отличается от интимно-жизненного отношения к вещи»3.

В книге «Античный космос и современная наука» (1927) Лосев ставит перед собой задачу понять античный космос, используя диалектический метод. Диалектике Лосев придает абсолютный характер («диалектика абсолютна в области эйдоса») и при этом видит в диалектике конструкции, которые непосредственно определяют жизнь. Такая позиция дает возможность Лосеву декларировать, что греческая диалектика «началась с мифа — в пифагорействе, существовала как осознание мифа — у Платона и Плотина и кончилась диалектической реконструкцией мифа же — у Прокла»4. Миф в какой-то мере лишается у Лосева религиозно-мистического содержания, характерного для русской религиозной философии, и становится абсолютной и рациональной логической конструкцией.

Общее представление об античности в целом Лосев попытался изложить в книге «Очерки античного символизма и мифологии» (1930), стремясь уяснить «первичные интуиции» античного мировоззрения. Анализируя концепции античности (Винкельман, Шиллер, Шеллинг, Гегель, Ницше, Шпенглер), Лосев отметил, что «каждая из рассмотренных концепций содержит в себе ту или иную правду и что нужно только избежать тех крайностей и преувеличений, которые вносились эпохами, создавшими эти концепции»5. Основываясь на такой позиции, Лосев выбрал методологию, направленную на синтез различных идейных позиций и предполагавшую создание целостного образа античного мировоззрения.

Понятия символа и мифа Лосев сформулировал уже на основе обращения к взглядам Фалеса. В представлении последнего о происхождении всего из воды Лосев усмотрел «своеобразный метод мышления и созерцания», характеризуемый идеей всеединства. Единство мира в учениях ионийских мыслителей, по Лосеву, — это «символический миф», по которому божественная сущность имманентна всякому становлению. «Тождество Бога, Мира, Разума и Души и есть то исходное мифолого-символическое Понятие», на котором, как считал Лосев, зиждется вся древнегреческая философия. Символ и миф, следовательно, являются теми «первичными интуициями», без изучения которых невозможно создать цельную идею античности. В этом Лосев приближается к представлениям Флоренского о сущности античного философствования, однако серьезным образом расходится с последним в своем понимании платонизма.

В очерке о Платоне Лосев констатировал тот факт, что «после вековой работы» над проблемой платонизма «мы опять стоим… как бы только у самого ее начала»6. По его мнению, в ХХ в. произошел переворот в понимании Платона, учение которого постепенно очищается от рационалистических интерпретаций Нового времени. Лосев резко критикует Э. Целлера за его «абстрактную метафизику» и П. Наторпа за трансцендентальное понимание платонизма, но дает очень высокую оценку лекциям по истории философии Гегеля, а также концепции П.А. Флоренского («Смысл идеализма»), отмечая в последнем случае в качестве положительного момента понимание платонизма как учения о лике и магическом имени. Однако Лосев критикует Флоренского за христианскую интерпретацию платонизма, утверждая, что не следует забывать того, что Платон был прежде всего язычником. Сближение платонизма и христианства для Лосева принципиально неприемлемо, поскольку античная мифология, из которой вытекают все древнегреческие философские идеи, основана на языческой, исключительно оригинальной, мировоззренческой основе.

В своих научных трудах, как и в работах Флоренского, Лосев видел «новое понимание» платонизма, которое пришло на смену абстрактным и рациональным концепциям. Однако, соглашаясь с Флоренским и разделяя представление о символически-магической природе мифа, Лосев также признавал, что в его исследованиях преобладает логическая сторона, которая «представлена и подробнее, и тщательнее, и точнее»7.

Таким образом, учитывая как общие для позиций этих двух философов идеи, так и противоречия между ними, следует признать, что Флоренский и Лосев предложили два разных типологических подхода к пониманию античной философии. Флоренский старался продемонстрировать принципы античной философии (от Фалеса до Платона), основанные на осмыслении мифа и религиозного культа, понятого не по-христиански, а именно в качестве языческого феномена; Лосев же стремился к обоснованию чисто «языческого» понимание платонизма, предполагавшего «скульптурную интуицию» бытия в античности, тождество идеи и явления. Оценивая два рассмотренных подхода, их можно не только сближать, но и резко противопоставлять друг другу. Однако вернее будет сказать, что взгляды Флоренского и Лосева, не совпадающие как в общих характеристиках античной философии, вынесенных с религиозных позиций, так и в подходах к пониманию язычества Древней Греции, все-таки оказываются близкими на некоем универсальном мировоззренческом уровне. Философия культа свящ. Павла Флоренского и диалектика А.Ф. Лосева — это, в общем-то, два различных взгляда на феномен античного миропонимания, синтез которых, несмотря на все существующие между ними противоречия, возможен.

Последнее, о чем еще можно сказать в рамках одной статьи, сводится к том, что Флоренский в целом продолжил метафизическую линию в развитии русской философии, ориентируясь, в частности, на С.Н. Трубецкого; Лосев же не был метафизиком, он искал новые философские подходы, используя, например, феноменологический метод Гуссерля. Метафизика, безусловно, наложила неизгладимый отпечаток на восприятие Флоренским античной философии. Яркое представление о метафизическом аспекте в историко-философском мировоззрении Флоренского дает его ранняя неизданная работа об Оригене, по поводу чего в журнале «Философские науки» уже была опубликована специальная работа8. Поскольку в архиве свящ. Павла Флоренского не сохранилось лекций (только отдельные разрозненные материалы и выписки) о поздней античной философии (неоплатонизм и неопифагореизм), постольку публикация работы «Труд Оригена «Peri; ajrcдn» как опыт метафизики», написанная Флоренским в 1904 г. во время учебы на первом курсе МДА9, будет важным дополнением к уже опубликованным двум лекционным курсам, а также, на что хочется надеяться, послужит новым импульсом для размышлений по поводу разнообразных проблем, содержащихся в историко-философских трудах П.А. Флоренского.

1 Флоренский П. Первые шаги философии // Философские науки. 2004. № 10. С. 115.

3 Лосев А.Ф. Бытие. Имя. Космос. М., 1993. С. 68.

5 Лосев А.Ф. Очерки античного символизма и мифологии. М., 1993. С. 64–65.

8 Ермишин О.Т. П.А. Флоренский и Ориген (проблема метафизики) // Философские науки. 2002. № 6.

9 Рукопись представляет собой сшитую нитками тетрадь в синей обложке объемом в 202 страницы, из числа которых 199 заполнены авторским текстом. На передней стороне обложки наклеен белый листок бумаги с названием работы, указанием имени автора — «П. Флоренский» и времени создания рукописи — «IX–X.1904»; окончание рукописи датировано 3 ноября 1904 г. В конце тетради, после основного текста, дан список использованной литературы. На первой странице рукописи, вверху, над заголовком, после отметки «5 +» чернилами написан текст: «Весьма хорошее сочинение, делающее честь серьезности и вдумчивости автора. Приемы его очень научные». Судя по подписи, оценка и замечание принадлежат профессору кафедры метафизики и логики МДА Алексею Ивановичу Введенскому (1861–1913).

Источник:

www.academyrh.info

Павел Флоренский и его философия

Философия Флоренского Философия П. А. Флоренского

Павел Александрович Флоренский (1882 — 1937) — последователь философии всеединства Соловьева, крупнейший представитель русской религиозной философской мысли, энциклопедически образованный человек, полиглот, обладавший блестящими дарованиями и работоспособностью, за что современники называли его “новым Леонардо да Винчи”.

П. Флоренский был прежде всего религиозным философом и оставил большое количество трудов по теологии, истории философии и культурологии. Среди них: “Столп и утверждение истины. Опыт православной теодицеи”, “У водоразделов мысли. Черты конкретной метафизики”, “Культ и философия”, “Вопросы религиозного самопознания”, “Иконостас”, “Космологические антиномии И. Канта” и др.

Главное произведение П. Флоренского — “Столп и утверждение истины. Опыт православной теодицеи” (1914). Название работы связано с древним летописным преданием, согласно которому в 1110 г. над Печорским монастырем явилось знамение, столп огненный, который “весь мир виде”. Столп огненный — это вид ангела, посылаемый волею Божией вести людей путями промысла, как во дни Моисея огненный столп ночью вел Израиль. Главная идея книги “Столп ….” состоит в обосновании мысли, что существенное познание Истины есть реальное вхождение в недра Божественного Триединства. То, что для субъекта знания есть истина, то для объекта его есть любовь к нему, а для созерцающего познания (познание субъектом объекта), — красота.

“Истина, Добро и Красота” — эта метафизическая триада есть не три разных начала, а одно. Это одна и та же духовная жизнь, но под разными углами зрения рассматриваемая. Как отмечает П. Флоренский, “духовная жизнь как из “Я” исходящая, в “Я” свое сосредоточие имеющее — есть Истина. Воспринимаемая как непосредственное действие другого — она есть Добро. Предметно же созерцаемая третьим, как вовне лучащаяся, — Красота. Явленная истина есть Любовь. Самая любовь моя есть действие Бога во мне и меня в Боге, — пишет Флоренский, — ибо безусловная истинность Бога именно в любви раскрывает себя. Любовь Божия переходит на нас, но знание и созерцательная радость — в Нем же пребывает.

Для П. Флоренского характерно изложение религиозно-философских идей не от своего имени, а как выражение церковной незыблемости истины. Истина для Флоренского — не условная величина, не средство манипуляции сознанием, а абсолютная ценность, связанная с религиозным сознанием. Абсолютная истина является продуктом веры, которая опирается на церковный авторитет.

Особенность религиозно-философской позиции Флоренского состоит в стремлении найти нравственную основу для свободы духа в господстве православных религиозных догматах и авторитетах.

Центром религиозно-философской проблематики П. Флоренского является концепция “метафизического всеединства” и “софиология”. Его замысел — построить “конкретную метафизику”, основанную на собирании мирового религиозного и научного опыта, т. е. цельную картину мира через узрение соответствий и взаимное просвечивание разных слоев бытия: каждый слой находит себя в другом, узнает, выявляет родственные основания. Эту задачу Флоренский пытается решить на базе “философско-математического синтеза”, цель которого он видел в выявлении и изучении некоторых первичных символов, фундаментальных духовно-материальных структур, из которых слагаются различные сферы реальности и в соответствии с которыми организуются разные области культуры. Физический мир у Флоренского тоже двойственен. Космос — это борьба двух принципов: Хаоса и Логоса. Логос — это не просто разум, но и культура, как система ценностей, которая есть не что иное, как предмет веры. Ценности такого рода имеют вневременной характер. Природа для Флоренского — не феномен, не система явлений, а подлинная реальность, бытие с бесконечной мощью сил, действующих в ней же, а не извне. Лишь в христианстве природа является не мнимым, не феноменальным бытием, не “тенью” какого-то иного бытия, а живой реальностью.

Наиболее сложным в теологической теории П. Флоренского считается понятие Софии, Премудрости Божией, которую он рассматривает как вселенскую реальность, собранную воедино любовью Бога и озаренную красотой Святого Духа. Флоренский определяет Софию как “четвертую ипостась”, как великий корень целокупной твари, творческую любовь Божию. “В отношении к твари, писал он, София есть Ангел-Хранитель твари, идеальная личность мира”.

На мировоззрение П. Флоренского оказала большое влияние математика, хотя он и не пользуется ее языком. Он видит, в математике необходимую и первую предпосылку мировоззрения.

Важнейшую черту мировоззрения П. Флоренского составляет антиномизм, у истоков которого он ставит Платона. Сама истина у Флоренского есть антиномия. Тезис и антитезис вместе образуют выражение истины. Постижение этой истины-антиномии есть подвиг веры “познание истины требует духовной жизни и, следовательно, есть подвиг. А подвиг рассудка есть вера, т. е. самоотрешение. Акт самоотрешения рассудка и есть высказывание антиномии”.

Одним из столпов философского мировоззрения Флоренского является идея монадологии. Но в отличие от Лейбница, монада — это не метафизическая сущность, данная логическим определением, а религиозная душа, которая может выйти из себя через отдающую, “истощающуюся” любовь. Это отличает ее от монады Лейбница как пустого эгоистического самотождества “Я”.

Развивая идеи космизма, Флоренский углубляет тему борьбы космических сил порядка (Логос) и Хаоса. Высшим примером высокоорганизованной, усложняющейся силы является Человек, который стоит в центре спасения мира. Этому способствует культура как средство борьбы с Хаосом, но не вся, а лишь ориентированная на культ, т. е. на абсолютные ценности. Грех — это хаотический момент души. Истоки космического, т. е. закономерного и гармонического, коренятся в Логосе. Космическое начало Флоренский отождествляет с божественным “Ладом и Строем”, которые противостоят хаосу — лжи — смерти — беспорядку — анархии — греху.

Решая проблему “Логос побеждает Хаос”, Флоренский отмечает “идеальное сродство мира и человека”, их пронизанность друг другом. “Трижды преступна хищническая цивилизация, не ведающая ни жалости, ни любви к твари, но ждущая от твари лишь своей корысти”. Итак, Хаосу способны противостоять: “вера — ценность — культ — миропонимание — культура”. В центре данного процесса космизации стоит человек, находящийся на вершине и грани двух миров и призывающий силы мира горнего, которые единственно способны стать двигательными силами космизации.

В своем творчестве религиозно-философского мыслителя и ученого-энциклопедиста П. Флоренский как бы воплощал тот идеал целостного знания, который искала русская мысль на протяжении всего XIX и ХХ вв.

Михаил Васильевич Ломоносов и его Философия

Лев Николаевич Толстой и его философия

Философия Радищева

Русская философия 19-20 века - этапы и направления философии

Философия Чаадаева

Революционные русские демократы и их философия

Федор Михайлович Достоевский и его философия

Философия революционного народничества в России

Философия Леонтьева

Философия всеединства Соловьева

Философия Розанова

Философия русского космизма. Философия Николая Федорова

Философия Бердяева

Философия Булгакова

Философия Ильина

Павел Флоренский и его философия

Плеханов и его философия - общественно-экономическое развитие

Владимир Ильич Ленин и его философия - теория русской революции

Источник:

www.grandars.ru

Флоренский, Павел Александрович Из истории античной философии в городе Калининград

В нашем интернет каталоге вы можете найти Флоренский, Павел Александрович Из истории античной философии по доступной стоимости, сравнить цены, а также посмотреть другие книги в категории Наука и образование. Ознакомиться с характеристиками, ценами и обзорами товара. Доставка осуществляется в любой город России, например: Калининград, Иваново, Екатеринбург.